World Socialist Web Site

НА МСВС

Эти и другие сообщения и аналитические обзоры доступны
на английском языке по адресу www.wsws.org

Новости и комментарии
Социальные вопросы
История
Культура
Наука и техника
Философия
Рабочая борьба
Переписка
Трибуна читателя
Четвертый Интернационал
Архив
Что такое МСВС?
Что такое МКЧИ?

Книги

Другие языки
Английский

Немецкий
Французский
Итальянский
Испанский
Индонезийский
Польский
Чешский
Португальский
Сербохорватский
Тамильский
Турецкий
Сингальский

 

МСВС : МСВС/Р : Новости и комментарии : Европа : Германия

Версия для распечатки

Германия: Конституционный суд признал досрочные выборы законными

Заявление Партии "За Социальное Равенство" (Германия)
7 сентября 2005 г.

24 августа Конституционный Суд ФРГ в Карлсруэ семью голосами против одного подтвердил, что досрочные выборы, которые объявило правительство канцлера Герхарда Шрёдера (Gerhard Schroeder), соответствуют германской конституции. Теперь ничто не препятствует проведению назначенных на 18 сентября выборов в Бундестаг (парламент).

Это решение суда имеет далеко идущие последствия. Оно легитимирует действия канцлера, направленные на проведение в жизнь политики, отвергаемой огромным большинством населения.

Суд отклонил иск депутатов Бундестага Вернера Шульца (Werner Schulz) (партия "Зеленых") и Елены Гоффманн (Jelena Hoffmann) (Социал-демократическая партия — СДПГ), в котором они потребовали признать антиконституционным досрочный роспуск парламента. Федеральный президент Хорст Кёлер (Horst Koehler) распустил парламент 29 июля — после того, как канцлер Шрёдер 1 июля поставил на голосование вопрос о доверии своему правительству, тем самым намеренно спровоцировав выражение недоверия. Голосование о доверии правительству Шрёдер оправдывал тем, что его политика якобы уже не имеет стабильной и надежной поддержки депутатов.

Шульц и Гоффманн, в свою очередь, в иске в Конституционный суд указывали на то, что канцлер всегда имел поддержку большинства членов парламента. За день до голосования о доверии правительству правящее большинство — СДПГ и партия "Зеленых" — без проблем приняло около 40 законов. Поэтому, по их мнению, вопрос о доверии был "неверным". Кроме того, согласно конституции Германии, сроки полномочий парламента четко определены, и парламент не имеет права самороспуска.

Они задали риторический вопрос: будет ли канцлер в будущем нести ответственность перед парламентом или же — на основе аргументов Шрёдера и Кёлера — окажется наделенным властью, превышающей власть парламента.

Конституционный суд отклонил этот иск как "необоснованный" и, тем самым, значительно укрепил исполнительную власть по сравнению с властью законодательной. Если нынешний вердикт сравнить с предыдущими решениями суда, то становится ясно, что теперь суд значительно расширил канцлеру поле для маневра. Введя в оборот понятие "вотума доверия с целью роспуска", суд фактически наделил канцлера правом роспуска парламента.

Конституционный суд "настолько увеличил политическое значение канцлера, что будущие главы правительства теперь смогут выдавать собственное, так сказать, ощущение отсутствия доверия за самый важный политический критерий в государстве, — написал Spiegel On Line в своем первоначальном разборе этого вердикта . — Когда в будущем какой-либо канцлер решит, что новые выборы ему политически выгодны или неизбежны... то этот Конституционный суд его не остановит".

Редактор Sueddeutsche Zeitung по внутриполитическим вопросам Гериберт Прантл (Heribert Prantl), который с самого начала выступал против маневров Шрёдера, направленных на роспуск парламента, заявил: "Вчерашний вердикт войдет в историю, так как является конституционным оправданием автократического способа правления".

Вердикт во многом повторяет аргументы президента Кёлера, заявившего, что в административные функции канцлера входит определение наличия стабильного большинства.

"Такое определение носит характер прогноза и связано с крайне личностным восприятием и оценкой положения", — так оправдывает вердикт заместитель председателя Суда Винфрид Гассемер (Winfried Hassemer). Далее он говорит: "Характер размывания и незаметного падения доверия не всегда можно представить и определить средствами юридической процедуры".

Таким образом, необходимость роспуска Бундестага определяется по чисто субъективным критериям, которые совершенно не зависят от нынешнего парламентского представительства политических сил, сложившегося в результате выборов.

В 1983 году, когда Конституционному суду необходимо было принять решение по сходному делу — о роспуске Бундестага правительством Гельмута Коля (Христианско-демократический союз — ХДС), — судьи пришли к выводу, что "трудности" в проведении правительственной политики не являются достаточным поводом для голосования по вотуму недоверия. Сейчас они откровенно проигнорировали это ограничение.

"Правительство теряет работоспособность в том случае, если канцлер, стремясь избежать потери поддержки парламента, вынужден отказаться от существенных аспектов своей политической концепции и осуществлять другую политику", — говорится в вердикте суда.

Подобная аргументация противоречит закрепленному в конституции принципу ответственности правительства перед парламентом. Если большинство депутатов Бундестага не соглашается с политикой канцлера, то теперь он имеет право распустить парламент. Таким образом, он получает мощное средство давления на парламент и запугивания несогласных с ним депутатов.

Антинародный заговор

Партия "За Социальное Равенство" (Partei fuer Soziale Gleichheit) отвергает всякое идеализирование германской конституции (Основного закона). Эта конституция была выработана после Второй мировой войны с целью спасения и укрепления капиталистического строя, полностью дискредитировавшего себя преступлениями нацистского режима. Она проникнута совершенно недемократическим духом и направлена на сведение к минимуму влияния избирателей на политические процессы. Примечательно, что она никогда не была одобрена на всенародном референдуме — ни в 1949 году, когда впервые вступила в силу, ни в 1990-м, после воссоединения с Восточной Германией.

В основу конституции положен принцип представительной или непрямой демократии, при которой выбранные народом представители наделяются суверенным правом принятия политических решений без прямого участия избирателей. Она содержит многочисленные положения, направленные на стабилизацию государственных институтов и препятствующие осуществлению избирателями возможностей прямого влияния на власть.

Чтобы воспрепятствовать прохождению в парламент представителей небольших партий, введен 5-процентный барьер (от числа поданных голосов). А для того, чтобы избежать частой смены правительств и новых выборов, в Основной закон включено положение о конструктивном вотуме недоверия, согласно которому смещение правящего канцлера возможно только при одновременном избрании его преемника; жестко ограничивается право президента распускать парламент. Роспуск парламента канцлером или его фракцией большинства в парламенте допускается лишь в исключительных и четко обозначенных случаях.

Мы не собирается защищать эти ограничения, обеспечивающие существование буржуазного строя, однако развернувшийся вокруг них спор касается фундаментальных вопросов классовых отношений, к которым ни мы, ни рабочий класс в целом не может оставаться равнодушным. Чтобы полностью осмыслить значение этого вердикта, необходимо принять во внимание тот политический контекст, в котором он был вынесен.

Решение о досрочном роспуске парламента было реакцией Шрёдера на растущее сопротивление масс его экономической и социальной политике, в результате которой число безработных достигло 5 миллионов, и распространение бедности заметно ускорилось. Широкое неприятие программ "Повестка дня 2010" ("Agenda 2010") и "Гарц IV" ("Hartz IV") вылилось в масштабные протесты и массовый отток избирателей и членов от СДПГ. Оппозиционные настроения грозили охватить также парламентскую фракцию СДПГ, как об этом живописно повествовал сам Шрёдер, когда 1 июля внес на рассмотрение Бундестага вотум недоверия.

"После приятия " Повестки дня 2010" СДПГ теряла голоса на местных выборах во всех федеральных землях, а также на выборах в Европарламент; во многих случаях это привело к потере министерских постов в правительствах федеральных земель, — объяснял Шрёдер. — Такова высокая цена, которую пришлось заплатить за проталкивание реформ. Из-за этой высокой цены — последний случай был в земле Северная Рейн-Вестфалия — в моей партии и в моей парламентской фракции разразилась жаркая дискуссия по поводу дальнейшей политики СДПГ. Это же касается и наших партнеров по коалиции". Некоторые члены СДПГ, продолжал Шрёдер, даже угрожали переходом в "очарованную прошлым, популистскую Левую партию", которую возглавляет бывший председатель СДПГ Оскар Лафонтен (Oskar Lafontaine).

Тем самым Шрёдер дал ясно понять, что он скорее согласится передать власть консервативной оппозиции (ХДС/ХСС и Свободной Демократической партии — СвДП), нежели уступить давлению своих избирателей и членов собственной партии. Поступая таким образом, он идет по проторенной дорожке СДПГ, не раз передававшей власть правым в моменты, когда она не могла подавить или сдержать давление снизу.

Первым на этот путь вступил Герман Мюллер (Herrmann Mueller), последний социал-демократический канцлер Веймарской республики, передавший в 1930 году власть в руки Генриха Брюнинга (Heinrich Bruening) из партии Католического Центра и поддержавший чрезвычайные меры, введенные Брюнингом для подавления рабочего класса. В 1972 году представлявший СДПГ канцлер Вилли Брандт (Willy Brandt) был готов без борьбы капитулировать перед Райнером Барцелем (Rainer Barzel) (ХДС) в случае поражения на парламентском голосовании о вотуме недоверия, вызванном скандалом о покупке голосов избирателей. Три года спустя он передал бразды правления в руки представителей правого крыла СДПГ под руководством Гельмута Шмидта (Helmut Schmidt). Наконец, в 1999 году Оскар Лафонтен, под давлением крупного бизнеса, вышел из правительства и без борьбы передал руководство партии Герхарду Шрёдеру.

Назначение досрочных выборов на сентябрь преследует одну цель — легитимацию крайне непопулярной программы "Повестка дня 2010". Необходимость голосования по вотуму недоверия в Бундестаге Шрёдер оправдывал словами: "Если мы хотим продолжать осуществление и дальнейшее развитие этой программы — а так должно быть, — то необходимо ее легитимировать путем выборов".

Форсируя проведение новых выборов, Шрёдер выдвигает ультиматум избирателям: "Либо вы соглашаетесь с "Повесткой дня 2010" и со всеми ее последствиями, либо получаете правительство правых партий, которое будут проводить те же реформы, только еще более беспощадным способом".

На этих выборах огромное большинство населения не имеет ни малейшей возможности обозначить свое несогласие с происходящими социально-политическими процессами. Хотя президент Кёлер оправдывает роспуск парламента, заявляя, что сейчас избиратели получили шанс выразить свое отношение к происходящим событиям, на самом деле именно действия Шрёдера лишили их избирательных прав.

Вердикт Конституционного суда означает, что заговор против населения поддержали все государственные институты: правительство, Бундестаг, президент и верховная судебная инстанция страны. Все крупнейшие политические партии, прежде всего СДПГ, с энтузиазмом приветствовали это решение суда. Представитель СДПГ по внутриполитическим вопросам Дитер Вифельшпютц (Dieter Wiefelspuetz) заявил, что значение данного вердикта выходит за рамки сегодняшнего дня.

Вот это, действительно, правда! Легализация досрочных выборов и расширение прерогатив исполнительной власти Конституционным судом означают, что правящая элита в состоянии начать осуществление следующего этапа наступления на социальные и демократические права, невзирая на постоянное и яростное сопротивление трудящегося населения. Хотя в результате выборов ожидаются сложности в формировании парламентского большинства — возможна коалиция христианских демократов и СвДП, большая коалиция христианских демократов и СДПГ или (менее вероятное) сохранение коалиции СДПГ и партии "Зеленых", — это наступление только усилится.

СДПГ и "Зеленые" уже дали ясно понять, что они не допустят какого-либо отступления от "Повестки дня 2010". Христианские демократы, в свою очередь, планируют упразднить существующую ныне в Германии систему страхования здоровья, основанную на размере дохода, и ввести единый взнос. Это будет означать отказ от проводившейся в течение более чем 100 лет социальной политики и вызовет крупнейший в немецкой истории передел доходов и богатств — во вред рабочему классу и в пользу богатых. При таких условиях взнос на страхование здоровья и ставка налогообложения окажутся одинаковыми как для неквалифицированного рабочего, так и для руководителя крупной компании. Кроме того, планируется наполовину уменьшить налоги для богатых, компенсируя эти потери введением налога на оплату труда в ночные смены и по воскресеньям, установлением налога на отпускные, а также отменой компенсаций на транспортные расходы. Таким образом, медсестра, работающая в ночную смену, будет покрывать дефицит, образовавшийся вследствие снижения налогов, которые платит миллионер.

Подобные меры может провести в жизнь только авторитарный режим, свободный от любых демократических сдержек и противовесов. Контуры такого режима сейчас обозначены по инициативе СДПГ, получившей поддержку Конституционного суда.

Циничное отношение к правовым нормам

То, что Конституционный суд при рассмотрении именно этого дела отбросил правовые нормы, считавшиеся нерушимыми в течение многих десятилетий, свидетельствует о решимости правящей элиты двигаться в направлении проведения антидемократических изменений в конституционном устройстве государства. Самой большой опасностью была бы недооценка решимости истеблишмента добиваться подобных изменений. Как только прежние юридические нормы отвергнуты, авторитарные формы правления приобретают собственную динамику развития.

Уже упоминавшийся Гериберт Прантл, имеющий юридическое образование, совершенно верно указывает на страницах Sueddeutsche Zeitung на небрежность юридической аргументации со стороны Конституционного суда. "Подобные вердикты выносятся в тех случаях, когда результат заранее известен, а аргументы для его обоснования подыскивают задним числом, — пишет он. — Суд только делает вид, будто рассматривает это дело. На самом деле он ничего не рассматривает".

Такое небрежное и циничное отношение правящей элиты к собственным юридическим нормам — явление международное. Для достижения краткосрочных политических целей, обычно диктуемых крупным бизнесом, отбрасываются фундаментальные юридические нормы, долгое время поддерживавшие стабильность буржуазного общества.

Только с такой точки зрения может быть объяснен приход к власти правительства Буша в США.

В 1998-1999 годах американскими правыми был осуществлен заговор с целью свержения избранного президента (Билла Клинтона) путем возбуждения дела об отстранении его от должности из-за банального секс-скандала. Верховный суд США способствовал заговору, единогласно решив, что Клинтон, все еще находясь в своей должности, может быть привлечен к суду по гражданскому делу (выдвинутому Полой Джонс в связи с обвинением в сексуальных домогательствах), — делу, которое предшествовало его избранию и не имело никакого отношения к его должностным обязанностям.

Год спустя тот же самый суд позволил Бушу украсть президентские выборы, запретив повторный подсчет голосов в штате Флорида.

В 2003 году правые республиканцы профинансировали и возглавили кампанию по отзыву калифорнийского губернатора-демократа Грея Дэвиса (Gray Davis), и в результате досрочных выборов тот был заменен республиканцем Арнольдом Шварценеггером (Arnold Schwarzenegger).

Во всех этих случаях небольшому правому меньшинству удавалось навязывать свою политику благодаря поддержке Верховного суда и капитуляции Демократической партии. Результатом стало нынешнее правительство Буша, развязывающее войны по собственному усмотрению, попирающее демократические права и проводящее политику социального неравенства, невиданного в других современных промышленно-развитых странах.

Было бы крайне безответственным полагать, будто подобные события не могут произойти в Германии.

За спиной оппозиционного кандидата на пост канцлера Ангелы Меркель (Angela Merkel), дочери пастора из Бранденбурга и отъявленной карьеристки, стоят силы, желающие по возможности скорее создать в Германии американские условия. В этом отношении большое значение имеет то, насколько важное место в недавно представленной "команде компетентных людей" Ангелы Меркель занимает финансовый эксперт Пауль Кирхоф (Paul Kirchhof).

Кирхоф выдвигает еще более радикальные предложения по изменению немецкой системы налогообложения, чем финансовый эксперт ХДС Фридрих Мерц (Friedrich Merz), которого в прошлом году заставили подать в отставку. Симпатии самой Меркель к Бушу основаны не только на согласии по внешнеполитическим вопросам, но и на совпадении взглядов по вопросам внутренней и социальной политики.

Досрочным роспуском парламента и собственным наступлением на демократические и социальные права СДПГ и "Зеленые" проложили путь для такого рода правых сил, хотя политические идеи этих сил не имеют сколько-нибудь значительной поддержки в массах.

Примечательно, что лишь у двоих из 601 депутата парламента хватило мужества настоять на судебном рассмотрении роспуска Бундестага. После этого они подверглись огромному, беспрецедентному в истории Бундестага давлению и травле со стороны собственных коллег.

В данном случае только один из восьми судей Конституционного суда, Ганс Йоахим Енч (Hans Joachim Jentsch), встал на сторону истцов. Свое особое мнение он обосновал тем, что вынесенный вердикт ослабляет положение Бундестага. Вердикт позволяет канцлеру провоцировать новые выборы, "используя "ложный" вопрос о доверии каждый раз, когда канцлер считает, что его политика должна получить формальное одобрение [в парламенте], и когда ему необходимо преодолеть сопротивление собственной партии", — пишет Енч.

Однако обвинение в нарушении конституции, выдвинутое Шульцем и Гоффманн, в большей степени мотивировалось их озабоченностью ростом нестабильности государственных институтов, нежели сокращением демократических прав.

В своем иске они называют досрочные выборы сдвигом от "представительной" демократии в сторону "плебисцитарной" или "прямой" демократии, при которой политические решения узакониваются прямым одобрением народа. Шульц обвиняет канцлера в "уклонении от ответственности". Выступая на страницах Frankfurter Allgemeine Sonntagszeitung 29 июля, он констатирует: "Голосование по вопросу о политике правительства, т.е. демократия как выражение общественного мнения, противоречит нашей конституции".

В иске имеются многочисленные ссылки на происхождение германского Основного закона и напоминания о том, что выработанный в 1949 году текст был попыткой порвать с конституцией Веймарской республики путем "обеспечения политической стабильности и преемственности". Во времена Веймарской республики ни одной правительственной коалиции не удавалось продержаться у власти полный срок ее полномочий. Рейхспрезидент многократно распускал парламент, а рейхсканцлера часто смещали враждующие между собой парламентские фракции, не способные и не желающие договариваться об избрании его преемника.

Шульц и Гоффманн опасаются, что роспуск Бундестага может стать опасным прецедентом, подрывающим государственные институты в случае будущих кризисов. Подобные аргументы ранее в Sueddeutsche Zeitung приводил и Прантл, по мнению которого публичное унижение канцлера, президента и парламента и политический кризис в случае отказа от проведения новых выборов предпочтительнее решения, в долгосрочной перспективе ведущего к ослаблению государственных институтов.

Похоже, что и судьи Конституционного суда первоначально придерживались такого же мнения — на это в частном замечании перед оглашением вердикта указал заместитель председателя суда Гассемер. По его словам, общественность считала, что суд в этом деле "оказался между молотом и наковальней". Судьи могли либо "повернуть" Основной закон в нужном направлении, либо остановить уже запущенный "механизм выборов" и, тем самым, вызвать государственный кризис.

Единственное возможное толкование этих слов таково: в ходе обсуждения суд пришел к выводу, что речь идет не столько о защите традиционных структур, обеспечивавших стабильность во времена экономического роста, сколько об усилении исполнительной власти на случай будущих социальных конфликтов.

Вердикт Конституционного суда свидетельствует о том, что политические предохранители, встроенные в Основной закон Германии с целью предотвратить возможность возвращения к условиям Веймарской республики, перегорели при первой же серьезной нагрузке.

Трудящиеся должны быть готовы к возврату в социальные условия и авторитарные формы правления, подобные тем, которые существовали в последние годы Веймарской республики. Свои демократические и социальные права они могут защитить, лишь выступая в качестве самостоятельной и революционной общественной силы. Предпосылкой для этого является построение новой интернациональной социалистической партии. Именно с такой целью Партия "За Социальное Равенство" выставляет своих кандидатов на этих выборах.

Смотри также:
Текст предвыборного рекламного ролика германской Партии "За Социальное Равенство"
(6 сентября 2005 г.)
Партия "За Социальное Равенство" допущена к выборам в германский Бундестаг
( 18 августа 2005 г.)
За социальное равенство. За Соединенные Социалистические Штаты Европы. Голосуйте за ПСР!
( 4 августа 2005 г.)

К началу страницы

МСВС ждет Ваших комментариев:



© Copyright 1999-2017,
World Socialist Web Site