World Socialist Web Site

НА МСВС

Эти и другие сообщения и аналитические обзоры доступны
на английском языке по адресу www.wsws.org

Новости и комментарии
Социальные вопросы
История
Культура
Наука и техника
Философия
Рабочая борьба
Переписка
Трибуна читателя
Четвертый Интернационал
Архив
Что такое МСВС?
Что такое МКЧИ?

Книги

Другие языки
Английский

Немецкий
Французский
Итальянский
Испанский
Индонезийский
Польский
Чешский
Португальский
Сербохорватский
Тамильский
Турецкий
Сингальский

 

МСВС : МСВС/Р : История : Летняя школа ПСР/МСВС 2005

Версия для распечатки

Летняя школа ПСР/МСВС:

Лекция третья: Возникновение большевизма и работа Ленина " Что делать? "

Часть 2 | Часть 1 | Часть 3 | Часть 4 | Часть 5 | Часть 6 | Часть 7

Дэвид Норт
30 ноября 2005 г.

Ниже публикуется вторая часть лекции "Возникновение большевизма и работа Ленина "Что делать?" ", прочитанной председателем редколлегии Мирового Социалистического Веб Сайта Дэвидом Нортом в рамках летней школы американской Партии Социалистического Равенства (Socialist Equality Party) и МСВС, которая проводилась с 14 по 20 августа 2005 года в Анн-Арборе, штат Мичиган. Лекция публикуется в семи частях.

Вклад Плеханова

Теоретические и политические основы марксистского движения в России были заложены в борьбе, которую вел Г.В. Плеханов против преобладающего влияния народничества и его ориентации на террор. Коренной вопрос, который лежал в основе конфликта между народниками и новым марксистским течением, был вопрос об исторической перспективе: следует ли России идти к социализму через крестьянскую революцию, в которой традиционные общинные формы крестьянской собственности могли бы обеспечить фундамент социализма? Или следует свергнуть царизм, установить демократическую республику и начать переход к социализму на основе развития русского капитализма и возникновения современного промышленного пролетариата?

Выступая против терроризма и народнического понимания крестьянства как решающей революционной силы, Плеханов — который сам был ведущим членом народнического движения — утверждал, что Россия развивается по капиталистическому пути, что рост промышленного пролетариата будет неизбежным следствием этого процесса и что этот новый общественный класс станет по необходимости решающей силой в революционном низвержении самодержавия, в демократизации России и ликвидации всех политических и экономических остатков феодализма, то есть в деле закладывания основ для перехода к социализму.

Основание Плехановым группы "Освобождение труда" в 1883 году, в год смерти Маркса, стало продуктом грандиозного политического предвидения, не говоря уже об интеллектуальном и гражданском мужестве. Более того, аргументы, выдвинутые Плехановым против русских народников того времени, не только заложили программные основы, на которые позднее опиралась Российская социал-демократическая рабочая партия. Плеханов предвосхитил также многие из решающих вопросов классовой ориентации и революционной стратегии, которые продолжали терзать социалистическое движение на протяжении двадцатого века, а, в действительности, и по настоящий день.

Сегодня о Плеханове помнят главным образом — хотя, вообще говоря, без достаточно высокой оценки — как об одном из самых значительных истолкователей марксистской философии в эпоху Второго Интернационала (1889-1914 гг.). В этом качестве многое в его работах подвергается жесткой и по большей части невежественной критике — особенно теми, кто заявляет, что Плеханов не смог оценить значение Гегеля и диалектического метода. Можно только пожелать, когда читаешь такие полемические заявления, чтобы их авторы уделили время на изучение работ Плеханова до того, как они их осудят. Я вернусь чуть позже к вопросу об интеллектуальном отношении Плеханова к марксистской философии, хотя следует откровенно заявить, что это предмет, который требует больше времени, чем то, которым мы располагаем.

В настоящий момент я хочу уделить главное внимание другой стороне вклада Плеханова в революционную стратегию, что по большей части недооценивается, если не игнорируется. Речь идет о том, что понимание пролетариатом значения своей независимой политической борьбы против буржуазии является решающей и необходимой движущей силой в процессе возникновения и роста социалистического сознания.

В своей наиболее важной ранней работе Социализм и политическая борьба, написанной вскоре после образования Плехановым группы "Освобождение труда", он выступил против взглядов русских анархистов, которые отвергали значение политической деятельности и заходили настолько далеко, что утверждали, что рабочие не должны заражаться политическими интересами. Плеханов отмечал, что "ни один класс, добившийся политического господства, не имеет причин раскаиваться в своем интересе к "политике"... напротив, каждый из них достигал высшей, кульминационной точки своего развития лишь после того, как приобретал политическое господство... мы должны признать, что политическая борьба представляет собою такое средство социального переустройства, годность которого доказана историей".

Затем Плеханов прослеживает основные стадии в развитии классового сознания. Пространность нижеследующей цитаты оправдывается действительной и непреходящей важностью этого отрывка:

"Угнетенный класс лишь постепенно уясняет себе связь между своим экономическим положением и своею политическою ролью в государстве. Долгое время он не понимает во всей ее полноте даже своей экономической задачи. Составляющие его индивидуумы ведут тяжелую борьбу за свое повседневное существование, не задумываясь даже о том, каким сторонам общественной организации обязаны они своим бедственным положением. Они стараются избегать наносимых им ударов, не спрашивая себя, откуда и кем направляются в последнем счете эти удары. В них нет еще классового сознания, в их борьбе против отдельных угнетателей нет никакой руководящей идеи. Угнетенный класс еще не существует для себя; он будет со временем передовым классом общества, но он еще не становится им. Сознательно организованной силе господствующего класса противостоят лишь разрозненные, единичные стремления отдельных личностей или отдельных групп личностей. Так, например, и теперь еще не редкость встретить рабочего, который ненавидит особенно энергичного эксплуататора, но не подозревает еще необходимости борьбы против целого класса эксплуататоров и устранения самой возможности эксплуатации человека человеком".

"Мало-помалу процесс обобщения делает, однако, свое дело, и угнетенные начинают сознавать себя классом. Но они еще слишком односторонне понимают особенности своего классового положения: пружины и двигатели общественного механизма в его целом остаются еще скрытыми от их умственных взоров. Класс эксплуататоров представляется им простою совокупностью отдельных предпринимателей, не связанных нитями политической организации. На этой ступени развития в понятиях угнетенных, как и в голове профессора Лоренца фон Штейна, не ясна еще связь между "обществом" и "государством". Предполагается, что государственная власть стоит выше антагонизма классов, ее представители кажутся естественными судьями и примирителями враждующих сторон. Угнетенный класс относится к ним с полным доверием и приходит в большое удивление, когда обращенные к ним с его стороны просьбы о помощи остаются без ответа. Не останавливаясь на частных примерах, мы заметим только, что подобная путаница понятий обнаруживалась до последнего времени английскими рабочими, которые вели весьма энергичную борьбу на экономической почве и в то же время находили возможным фигурировать в рядах той или другой буржуазной политической партии".

"Только на следующей и последней ступени развития угнетенный класс всесторонне выясняет себе свое положение. Теперь он понимает, какая связь существует между обществом и государством, и не апеллирует на притеснения своих эксплуататоров к тем, кто представляет собою политический орган той же эксплуатации. Он знает, что государство есть крепость, служащая оплотом и защитой его притеснителям, крепость, которою можно и должно овладеть, которую можно и должно перестроить в интересах своей собственной защиты, но невозможно обойти, полагаясь на ее нейтралитет. Рассчитывая лишь на самих себя, угнетенные начинают понимать, что "политическая самопомощь есть, — как говорит Ланге, — важнейший из всех видов социальной самопомощи". Они стремятся тогда к политическому господству, чтобы помочь себе путем изменения существующих социальных отношений и приспособления общественного строя к условиям своего собственного развития и благосостояния. Разумеется, они тоже не вдруг достигают господства; лишь постепенно становятся они грозной силой, исключающей в умах противников всякую мысль о сопротивлении. Долгое время добиваются они лишь уступок, требуют лишь таких реформ, которые дали бы им не господство, а только возможность расти и созревать для будущего господства; реформ, которые удовлетворили бы самые насущные, самые ближайшие их требования и хоть немного расширили бы сферу их влияния на общественную жизнь страны. Только пройдя суровую школу борьбы за отдельные клочки неприятельской территории, угнетенный класс приобретает настойчивость, смелость и развитие, необходимые для решительной битвы. Но, раз приобретя эти качества, он может смотреть на своих противников, как на класс, окончательно осужденный историей; он может уже не сомневаться в своей победе. Так называемая революция есть только последний акт в длинной драме революционной классовой борьбы, которая становится сознательной лишь постольку, поскольку она делается борьбою политической " .

"Спрашивается теперь, целесообразно ли поступили бы социалисты, если бы они стали удерживать рабочих от "политики" на том основании, что политический строй общества обусловливается экономическими его отношениями? Конечно, нет. Они лишили бы рабочих точки опоры для их борьбы, отняли бы у них возможность сконцентрировать свои усилия и направить свои удары на созданную их эксплуататорами общественную организацию. Вместо этого рабочим пришлось бы вести партизанскую войну с отдельными эксплуататорами или, самое большее, с отдельными группами этих эксплуататоров, на стороне которых всегда стояла бы организованная сила государства" [3].

Борьба, которую вел Плеханов, определила коренные задачи тех, кто хотел называть себя социалистами — концентрировать все свои усилия на развитии политического классового сознания рабочего класса и готовить его к исторической роли вождя социалистической революции. В этом определении подразумевалось историческое значение самой партии, которая является инструментом, посредством которого классовое самосознание просыпается, развивается и организуется на основе определенной политической программы.

Работы Плеханова ввергли народников в кризис. К концу 1980-х годов они явно защищались от ударов со стороны человека, которого всего десятилетие назад они осудили как ренегата "народного" дела. Политическое банкротство терроризма становилось все более очевидным. Показывая, что цель терроризма заключалась в запугивании царского режима и попытках вынудить его изменить свои методы, Плеханов и растущее множество марксистов называли террористов "либералы с бомбами" — характеристика, которая сегодня столь же удачна, как и столетие назад. Более того, Плеханов утверждал, что терроризм народников, игнорирующий длительную борьбу за развитие сознания рабочего класса, своим стремлением возбудить массы посредством мстящих ударов героических одиночек, напротив, служит только их оболваниванию и деморализации.

Примечание:

[3] Плеханов Г.В., Избранные филос. произведения. В 5 тт. М., 1956, т. 1, с. 82-84.

Смотри также:
Летняя школа ПСР/МСВС: Лекция третья: Возникновение большевизма и работа Ленина " Что делать? " Часть 1
(29 ноября 2005 г.)
Летняя школа ПСР/МСВС: Лекция вторая: Марксизм против ревизионизма накануне двадцатого столетия. Часть 1
( 9 ноября 2005 г.)
Летняя школа ПСР/МСВС: Лекция первая: Русская революция и нерешенные исторические проблемы XX века. Часть 1
( 21 сентября 2005 г.)
Летняя школа ПСР/МСВС: Летняя школа Партии Социалистического Равенства и МСВС в США
( 21 сентября 2005 г.)

К началу страницы

МСВС ждет Ваших комментариев:



© Copyright 1999-2017,
World Socialist Web Site