World Socialist Web Site

НА МСВС

Эти и другие сообщения и аналитические обзоры доступны
на английском языке по адресу www.wsws.org

Новости и комментарии
Социальные вопросы
История
Культура
Наука и техника
Философия
Рабочая борьба
Переписка
Трибуна читателя
Четвертый Интернационал
Архив
Что такое МСВС?
Что такое МКЧИ?

Книги

Другие языки
Английский

Немецкий
Французский
Итальянский
Испанский
Индонезийский
Польский
Чешский
Португальский
Сербохорватский
Тамильский
Турецкий
Сингальский

 

МСВС : МСВС/Р : Новости и комментарии : Северная Америка

Версия для распечатки

Марксизм, Международный Комитет и научная перспектива: Исторический анализ и кризис американского империализма

Часть первая | Часть вторая | Часть третья

Дэвид Норт
3 марта 2005 г.

В выходные дни 8-9 января американская Партия Социалистического Равенства (ПСР Socialist Equality Party) провела собрание своих членов в Анн-Арборе, штат Мичиган. Вступительный доклад был прочитан Дэвидом Нортом, национальным секретарем ПСР и председателем редакционной коллегии Мирового Социалистического Веб Сайта .

Открывая это национальное собрание членов Партии Социалистического Равенства, будет уместным, если мы почтим минутой молчания память десятков тысяч людей в Юго-Восточной Азии, погибших от цунами, которое захлестнуло Индийский океан.

По всему миру можно было наблюдать искренние изъявления глубокого сочувствия жертвам цунами, а также проявления подлинной солидарности. Как все это отличается от скаредных, лицемерных и формальных выражений озабоченности, прозвучавших со стороны руководителей американского и британского империализма! Ни Буш, ни Блэр оказались не способны выразить сколько-нибудь убедительным образом озабоченность судьбой миллионов людей, чьи жизни были унесены этой катастрофой.

Даже средства массовой информации были удивлены тем, как Белый дом отреагировал — или, если быть более точным, оказался неспособным отреагировать — на разворачивающуюся трагедию. Сначала демонстративное молчание, которое длилось около трех дней, когда президент слонялся по своему техасскому ранчо, а британский премьер-министр загорал на египетском пляже, почти не обращая внимания на последствия цунами. Потом от Буша последовала ничтожная подачка в 15 миллионов долларов помощи, со скрипом выросшая до 35 млн. долларов, а позднее, когда скупость Белого дома стала предметом международных насмешек, повышенная до 350 млн. долларов. Разумеется, при сопоставлении с суммами, которые тратятся Соединенными Штатами на операции, нацеленные на убийство людей — особенно в Ираке, — цифра в 350 млн. долларов равнозначна карманной мелочи.

350 млн. долларов — лишь малая толика от того количества денег, которые ежегодно получают 500 самых высокооплачиваемых американских корпоративных менеджеров в форме окладов и опционов на акции. Эти суммы исчисляются миллиардами долларов. В 2003 году общее вознаграждение Чарльза М. Коли из MBNA превысило 45 млн. долларов, вознаграждение Стэнли О'Нила из Merrill Lynch составило 28,3 млн. долларов, общий доход Дэниэла П. Эймоса из Aflac достиг 37,3 млн. долларов, общее вознаграждение Кеннета Л. Шено из American Express равнялось сумме в 40 млн. долларов, а Патрика Стокса из Anheuser Bush — в 49 млн. долларов. Я выбрал эти имена почти наугад из списка, состоящего примерно из 1000 представителей высшего руководства корпораций, опубликованного на одном веб сайте, который следит за корпоративными вознаграждениями [1].

Когда оцениваешь количество денег, которые лежат на инвестиционных счетах этих людей, то размер благотворительных пожертвований со стороны Соединенных Штатов, о котором сообщалось в средствах массовой информации, не выглядит особенно впечатляющим. Можно быть уверенным в том, что средний пожертвователь из рабочего класса в процентном отношении к своей недельной зарплате оказывает помощи намного больше чем топ-менеджеры какой-нибудь корпорации, которые, до того как подпишут чек, обсуждают вопрос со своими бухгалтерами и подсчитывают налоговые льготы.

После цунами в прессе появился ряд статей, объясняющих геологические причины этой катастрофы. Это важная научная информация. Но она должна быть дополнена анализом важных социальных факторов, которые составляют основной причинный элемент ужасного количества смертей. Эта задача, в целом, избегается средствами массовой информации, которые считают для себе более удобным напыщенно говорить о страшных явлениях природы. В этом духе обозреватель Дэвид Брукс из New York Times информирует нас: "Люди не являются главной заботой природы. Мы всего лишь мошки на поверхности Земли. Земля поежилась, и 140 тысяч мошек умерли, став жертвами сил намного больших и намного более долговременных, чем они". Комментарий подобного сорта — состоящий в равной степени из невежества и презрения к человечеству — служит определенной цели: уклониться от реальности и скрыть отталкивающую социально-экономическую и политическую правду.

Удар цунами особенно ясным образом разоблачил иррациональную природу капитализма, его неспособность развивать производительные силы таким способом, чтобы поднять жизненный уровень широких масс людей. Средства массовой информации приходят в восторг от "азиатского чуда", однако суть дела в том, что выгоды от притока капитала в этот регион за последнее десятилетие пролились золотым дождем над головами представителей местных малочисленных и привилегированных элит. Сотни миллионов жителей Азии живут в лачугах, которые даже при самых благоприятных климатических условиях обеспечивают лишь самую скудную защиту от стихии. Именно тот факт, что бедствие, унесшее жизни более 150 тысяч человек, не рассматривается международным финансовым сообществом как важное экономическое событие, доказывает нечеловечный характер экономического развития региона. Фондовые биржи Азии, в том числе в Индонезии, Таиланде, Индии и даже на Шри-Ланке, не продемонстрировали после цунами сколько-нибудь значительного падения. Причина в том, что огромные слои населения этих стран живут в состоянии такой жуткой нищеты, что их связь с национальной экономикой носит лишь косвенный характер.

Существующие в этих странах социальные условия следует рассматривать в связи с их политической историей. Взглянем на те страны, которые на прошлой неделе понесли самые большие потери — Индонезию и Шри-Ланку. Невозможно понять природу современного индонезийского общества — ужасающую бедность, массовое недоедание, продолжительность жизни мужчин ниже 65 лет — без соотнесения все этих фактов с событиями недавней политической истории. 1 октября 1965 года ЦРУ при соучастии фашистских индонезийских военных офицеров под командой генерала Сухарто, организовало переворот, который отстранил от власти лево-националистического президента Сукарно. После переворота военщина и правые исламские религиозные эскадроны смерти, действуя в соответствии со списками, предоставленными ЦРУ, вырезали свыше полумиллиона членов индонезийской Коммунистической партии и других левых групп. В течение следующих трех десятилетий жестокий репрессивный режим генерала Сухарто, поддерживаемый США, обеспечивал в Индонезии безопасность для капиталистических инвестиций. Хаотичная и разрушительная природа капиталистического развития достигла высшего пункта в финансовом цунами, которое разорило экономику Индонезии в 1998 году.

Что касается Шри-Ланки, то задолго до того, как цунами обрушилось на ее уязвимую береговую линию, эта страна была опустошена реакционной шовинистической политикой последовательно сменявших друг друга буржуазных правительств. Развитие жизненно важной общественной инфраструктуры было подчинено финансовым требованиям гражданской войны, спровоцированной шри-ланкийской буржуазией.

Если разрушительный удар цунами рассматривать в его истинном социально-экономическом и политическом контексте, то становится ясным, что причиненный им ущерб в намного большей степени является следствием человеческий действий, чем природных.

Когда-нибудь в будущем развитие науки и техники должно сделать человечество способным в такой степени господствовать над природой, что будет невероятно, как такая стихийная и примитивная сила, как цунами, в состоянии уносить тысячи жизней. По крайней мере, человек должен быть способен предвидеть подобное событие таким образом, чтобы можно было принять спасающие жизни контрмеры. В действительности мы знаем, что такая технология существует и действует в бассейне всего Тихого океана. Вопрос в том, что господство человека над природой зависит от его господства над социально-экономическими основами его собственного существования, от ликвидации всех элементов иррациональности из экономической структуры общества — то есть от замены капитализма социализмом.

В преобладающей атмосфере политической реакции с ее удушающим воздействием на человеческие чувства и разум возможность такого изменения кажется невозможно далекой — что является одним из показателей того, что исторические условия для самого этого изменения быстро созревают. В самом деле, существуют множащиеся признаки того, что мы начинаем 2005 год в условиях, когда мировой капитализм вступает в новый период экономического кризиса и политических потрясений. Задача данного мероприятия состоит в том, чтобы дать как можно более точную оценку мирового положения, обсудить на этой основе реальные перспективы социализма и определить политические задачи, которые вытекают из этой оценки. Эта работа носит научный характер.

В апреле 1933 года Лев Троцкий написал письмо Сиднею Хуку, возражая против определенных формулировок в эссе под названием "Марксизм — догма или метод?", которое этот молодой радикально настроенный профессор написал для журнала Nation. Хук писал, что марксизм "не является ни догмой, ни мифом, ни объективной наукой, а реалистическим методом классового действия". На это Троцкий отвечал: "Что означает здесь слово "реалистический"? Очевидно, оно означает взгляд, основанный на истинном знании объективных — в данном случае, классовых — процессов; знание объективного является наукой. Марксистская политика является реалистической постольку, поскольку она основывается на марксизме как науке " [2].

Идея Троцкого о том, что выработка политических перспектив является научной деятельностью, содержится в рамках предпосылки, согласно которой политические процессы развертываются закономерным образом. Эта позиция предается анафеме всеми прагматистскими разновидностями антимарксизма, которые возводят случайность и случай на уровень абсолюта в историческом процессе. Они утверждают, что история и политика определяются, в конечном счете, взаимодействием случайностей и неограниченным числом непредвиденных и/или непредсказуемых переменных. Недавно умерший Франсуа Фюре, историк, который когда-то являлся членом французской Коммунистической партии, суммировал эту точку зрения следующим образом: "Истинное понимание нашего времени является возможным только тогда, когда мы освободимся от иллюзии необходимости: единственный способ объяснить двадцатое столетие — в той степени, в какой это объяснение возможно — состоит в том, чтобы заново заявить о его непредсказуемом характере, — свойстве, отрицаемом теми, кто несет наибольшую ответственность за его трагедии" [3].

Аргументация Фюре разворачивается в искусственно жестких рамках: так как невозможно предсказать будущее со сколько-нибудь значительной степенью определенности, то абсурдно говорить об исторической необходимости. Для Фюре необходимость заключает в себе существование непреодолимых сил, которые ведут к одному единственно возможному результату. Поскольку ясно, что траектория исторического развития может приводить к различным и даже довольно противоречивым результатам, убеждение, что исторический процесс подчинен законам и что, более того, эти законы могут быть поняты, и можно действовать в соответствии с ними, представляет собой лишь марксистскую иллюзию. Не следует удивляться поэтому, что филиппика Фюре против исторического детерминизма звучит в контексте занявшей целую книгу полемики, посвященной установлению абсолютной необходимости капитализма сегодня и на все времена.

Позиция Фюре, вполне разделяемая всеми антимарксистами, обнажает наивно неправильное понимание того, что такое идея закона и необходимости. Научный характер марксизма определяется не точностью его предсказаний. Степень точности, которую марксизм или любая научная дисциплина могут достигнуть в своем описании какого-либо явления, определяется, в конечном счете, природой самого данного явления. Объективная природа явления, которое выступает субъектом истории — человеческого общества — не того рода, что позволяет даже самому сознательному историческому материалисту точно "предсказывать", что случится через два дня, две недели или через два месяца. Это — не аргумент против закономерности исторического процесса или возможности его научного изучения. Напротив, речь идет о более глубоком понимании того, как закономерность проявляет себя в ходе исторического процесса. Как объяснял Лукач, "научные законы могут осуществлять себя в действительном мире только как тенденции, а необходимости — только в столкновении противоборствующих сил, только в среде, существующей в виде бесконечных случайностей" [4].

То, что результат исторического процесса не предопределен, что его развитие может протекать в различных направлениях, является следствием того факта, что социальная эволюция осуществляется через борьбу классов, которые преследуют различные, взаимно несовместимые цели. Однако ни классы в целом, ни партии и индивиды, через мысли и поступки которых социально-экономические интересы определенных классов находят свое более или менее соответствующее выражение, не действуют как некие свободные агенты. Масштаб и характер их деятельности, в сущности, определяются законами капиталистического способа производства.

Это справедливо не только для рабочего класса, но и также и для буржуазной правящей элиты. Политическая перспектива нашей партии не вытекает из субъективно мотивированных надежд и желаний. Марксисты рассуждают о революции не как о наказании за злые дела капиталистов, не как о награде за их собственные альтруистические усилия по ликвидации бедности. Перспективы революционной партии должны развиваться на основе анализа объективно действительных противоречий капиталистического способа производства. Этот анализ образует самую общую основу для революционной перспективы. Ее более детальная разработка требует, чтобы развитие этих противоречий в их реальном жизненном, общественном и политическом, выражении прослеживалось во многих пластах исторической, социальной, культурной и идейной среды, через которые они проявляют себя.

Марксистская перспектива может касаться масштабных исторических процессов, охватывающих десятилетия, или заниматься более непосредственным анализом данных политических условий, в которых временн ы е рамки революционной деятельности имеют намного меньшую продолжительность. Но даже в последнем случае ориентиром марксистской партии всегда является более длительный исторический процесс. Тактика, вырабатываемая в качестве ответа на острые нужды момента и сиюминутных обстоятельств, должна находиться в согласии с основными целями, которые определяются исторической программой и задачами международного социалистического движения. Следует добавить, что невозможно понять конъюнктурные проблемы и условия без изучения их в рамках стратегических целей, определенных природой исторической эпохи.

В конечном счете, развитие революционных перспектив требует активного, а не созерцательного отношения к обществу и классовой борьбе. Объективность не означает пассивность. Оценка объективной реальности и соотношения классовых сил со стороны революционной партии включает в себя учет влияния и последствий своего собственного вмешательства в революционный процесс. Правильное понимание мира, как объяснял Маркс в своем одиннадцатом тезисе о Фейербахе, может быть развито только в борьбе за его изменение.

Однако правильная оценка "активного" элемента в процессе познания — открытие и разъяснение которого стало одним из величайших достижений немецкой классической идеалистической философии конца XVIII — начала XIX столетия (прежде всего в трудах Гегеля) — не должна означать, что объективный мир можно изменить и преобразовать по чьему-либо субъективному желанию. Не существует философского течения с более опасными реакционными выводами, чем то, которое отделяет деятельность "воли" от научного понимания объективных, законосообразных общественных процессов, существенным образом определяющих человеческую общественную практику. Деятельность революционной партии должна проистекать из правильной оценки основных тенденций социально-экономического развития в мировом масштабе. Без опоры на этот фундамент работа революционного движения будет основываться не на чем-то действительно существенном, а всего лишь на впечатлениях и гаданиях... и неизбежно завершится катастрофой.

Примечания:

1. http://www.aflcio.com/corporateamerica/paywatch/ceou/database.cfm 2. Writings of Leon Trotsky 1932-33 (New York, 1972), pp. 232-33. 3. The Passing of an Illusion (Chicago 1999), p. 2. 4. The Ontology of Social Being, Volume 2 (London, 1978), p. 103.

Смотри также:
После выборов 2004 года — перспективы и задачи Партии Социалистической Равенства
(2 марта 2005 г.)

К началу страницы

МСВС ждет Ваших комментариев:



© Copyright 1999-2017,
World Socialist Web Site