World Socialist Web Site

НА МСВС

Эти и другие сообщения и аналитические обзоры доступны
на английском языке по адресу www.wsws.org

Новости и комментарии
Социальные вопросы
История
Культура
Наука и техника
Философия
Рабочая борьба
Переписка
Трибуна читателя
Четвертый Интернационал
Архив
Что такое МСВС?
Что такое МКЧИ?

Книги

Другие языки
Английский

Немецкий
Французский
Итальянский
Испанский
Индонезийский
Польский
Чешский
Португальский
Сербохорватский
Тамильский
Турецкий
Сингальский

 

МСВС : МСВС/Р : Новости и комментарии : Европа

Версия для распечатки

Разногласия по поводу европейской конституции сохраняются вопреки достигнутому соглашению

Крис Марсден
24 июня 2004 г.

Данная статья была опубликована на английской страница МСВС 21 июня 2004 года.

Принятие конституции Европейского Союза должно было возвестить о достижении нового этапа в усилиях крупнейших европейских держав по объединению континента — как в экономическом, так и в политическом смысле. Однако во время двухдневного саммита 25 глав государств в Брюсселе на прошлой неделе удалось достичь лишь компромисс, который обнажил всю остроту противоречий между европейскими державами, а также продемонстрировал полное отсутствие массовой поддержки и демократической легитимности европейских правительств и самого проекта ЕС.

На всех европейских правителей было оказано огромное давление с целью обеспечить их согласие с конституцией. В декабре прошлого года подобные переговоры уже вылились в желчный обмен упреками, а на прошедших в этом месяце выборах в Европарламент потерпели поражение почти все правящие партии континента. Избиратели в массовом порядке не явились на избирательные участки или же в значительном количестве проголосовали за правые партии, выступающие против ЕС (один из таких примеров — успех партии Независимости Великобритании, UKIP).

Газета Financial Times выступила с предупреждением: если и со второй попытки соглашение по конституции не будет достигнуто, то остальной мир будет смотреть на ЕС как на политического банкрота.

Поэтому Германия и Франция предприняли все возможное для снятия возражений со стороны британского премьер-министра Тони Блэра и малых стран-членов ЕС — в особенности 10 восточноевропейских государств, которые присоединились к ЕС 1 мая.

Блэр в значительной мере ужесточил свою позицию — не только в ответ на успех на выборах UKIP, выступающей против ЕС, но и перед лицом еще более опасной для него кампании, которую ведут некоторые круги британской буржуазии, враждебно настроенные по отношению к дальнейшей интеграции в ЕС и при этом пользующиеся поддержкой влиятельных фигур в Соединенных Штатах.

Блэру дали понять, что он обязан выступить против любых мер, способных привести к усилению германо-французской гегемонии на континенте. Перед ним была поставлена задача: обеспечить способность Великобритании встать во главе коалиции только что присоединившихся проамерикански настроенных государств, которые должны совместно предотвратить возможный вызов политическому и военному господству Вашингтона со стороны ЕС.

Именно по этой причине переговоры оказались столь острыми, хотя все стороны были явно заинтересованы в их успехе.

Блэр, его министр иностранных дел Джек Строу (Jack Straw), а также британский министр финансов Гордон Браун (Gordon Brown), — все разразились воинственными заявлениями еще до брюссельского саммита. Они обещали не переходить "границу допустимого" в деле сохранения независимости британской внешней политики и права вето Великобритании в любых вопросах, способных поставить под сомнение ведущие позиции США в НАТО. Они также выступили против права ЕС проводить единую налоговую политику и навязывать странам-членам ЕС законодательные акты, поддерживающие право на забастовку, что вступает в противоречие с антипрофсоюзным законодательством, которое было разработано предыдущим консервативным правительством Великобритании.

Генеральный директор Конфедерации британских промышленников Дигби Джонс (Digby Jones) предупредил: "Жизненно необходимо, чтобы политику в отношении бизнеса и впредь определяло правительство Великобритании". В свою очередь Блэр дал понять, что готов заблокировать принятие конституции, если остальные 24 страны не согласятся с тем, что "Хартия основных прав" (Charter of Fundamental Rights), являющаяся составной частью конституции ЕС, не должна ставиться выше политики национальных государств. И это вопреки тому, что в преамбуле "Хартии" ясно сказано: ее статьи носят в основном декоративный характер и не имеют преимуществ перед национальным законодательством. К тому же министерство иностранных дел заверило, что Блэру обеспечена легкая победа, так как конституционный договор на самом деле и не покушается на блэровские "границы допустимого".

Показуха, устроенная Блэром для того, чтобы успокоить своих сторонников в кругах крупного финансового капитала, также была направлена против франко-германского предложения — в октябре поставить во главе новой Европейской комиссии Ги Ферхофстадта (Guy Verhofstadt) вместо ее нынешнего председателя Романо Проди.

Ферхофстадт, премьер-министр Бельгии, разгневал Великобританию, американскую администрацию Буша и ее европейских союзников, таких как Италия и Польша, тем, что в прошлом году организовал мини-саммит по вопросам европейской оборонной политики с участием противников иракской войны — Германии и Франции.

Президент Франции Жак Ширак не мог скрыть своего раздражения и обвинил Великобританию в том, что она требует к себе особого отношения. В первый день саммита он заявил журналистам, что не допустимо блокирование работы ЕС "отдельной страной" и что Великобритания стремится к превращению конституции в чисто формальный документ. Позиция Великобритании, по его словам, направлена на сокращение роли конституции, "особенно в области налоговой политики и социального обеспечения".

Он выступил против предложения поставить во главе Европейской комиссии британского консерватора, комиссара ЕС Криса Паттена (Chris Patten), так как кандидат на подобный пост не должен представлять "страну, которая не участвует в европейской политике в полном объеме". Ширак настойчиво потребовал, чтобы председатель Еврокомиссии владел французским языком и был бы выходцем из страны, которая в качестве внутренней валюты использует евро и присоединилась к Шенгенскому соглашению о безвизовом режиме. Тем самым он исключил из числа претендентов не только Паттена, уже снявшего к настоящему времени свою кандидатуру, но и большинство остальных кандидатов, включая представителей любого восточноевропейского государства.

Правительство Блэра в ответ назвало действия Ширака "неуместными" и выразило свое недовольство решением германского канцлера Герхарда Шрёдера связать вопрос о конституции с избранием председателя Европейской комиссии. Подчеркивая растущее влияние Великобритании — а значит, и США — в Европе благодаря присоединению бывших сталинистских восточноевропейских государств, представитель Блэра заявил: "Мы действуем в Европе, которая состоит из 25 государств, а не из двух, шести или одного".

В конце концов конституция была принята в последний момент, что в значительной мере соответствовало требованиям Великобритании, новых стран-членов ЕС и других малых государств в вопросах распределения прав при голосовании.

Европейский парламент получает теперь в два раза больше прав при решении законодательных вопросов, при распределении сельскохозяйственных субсидий и общего годового бюджета ЕС, составляющего 75 миллиардов фунтов стерлингов. Конституция также предписывает принятие решений большинством голосов в 30 новых областях, включая предоставление убежища и иммиграцию, энергетику и уголовное законодательство.

Однако Великобритания сохраняет за собой право вето в вопросах собственной обороны и внешней политики, а также получает в свое распоряжение процедуру "экстренного тормоза", которая фактически является правом вето, например, в вопросах социального обеспечения и общей правоохранительной политики. Очень важно то, что не предусмотрено принятие решений большинством голосов в вопросах налоговой политики. В области внешней политики основные стратегические решения должны быть одобрены всеми 25 государствами, однако для их конкретного воплощения в жизнь уже будет достаточно согласия большинства.

В декабре прошлого года переговоры о принятии конституции провалились при распределении числа голосов для каждой из стран, так как Испания и Польша отказались поддержать принцип, по которому для принятия решения большинством голосов требовалась бы поддержка 50% стран-членов ЕС, и при этом в них должно проживать не менее 60% населения Евросоюза. Тем самым решающее значение получили бы крупные государства — Германия, Франция, а также Великобритания. Сейчас достигнут компромисс: большинство определено как 55% стран и 65% населения, что включает в себя по меньшей мере 15 стран-членов ЕС; тем самым небольшие государства получили больше шансов на воспрепятствование принятию законодательных актов, с которыми они не согласны.

В то же время не удалось достичь компромисса по вопросу о кандидатуре председателя Еврокомиссии, и примерно через три недели министры соберутся снова, чтобы выдвинуть нового кандидата. Теперь Ширак продвигает на этот пост своего министра иностранных дел Мишеля Барнье (Michel Barnier), противопоставляя его премьер-министру Португалии Жозе Мануэлю Дурау Барозу (Jose Manuel Durao Baroso) — еще одному важному союзнику Буша в иракской войне. Великобритания отказывается раскрывать свои предпочтения, чтобы не вызвать враждебного отношения со стороны Франции и Германии к фавориту британцев.

Европа национальных государств

Великобритания явно довольна своей способностью саботировать амбициозные планы Берлина и Парижа. Ведь Блэр заявил журналистам: "Это очень важно, так как создается новая Европа, в которой Великобритания сможет формировать союзы и чувствовать себя как дома, Европа, в которой нет господствующего мнения, Европа, развитие которой будет эластичным и многообразным".

"Если вы внимательно изучите этот договор, то поймете, что он не является основой для создания федеративного сверхгосударства. Это — новая Европа. Вы наверняка можете почувствовать разницу — из-за присутствия за столом новых государств". Далее он сказал: "Разыгралась настоящая битва вокруг того, какой Европа станет в будущем. Некоторые хотели согласовывать налогообложение или отказаться от права вето в вопросах внешней политики и обороны. Но они не добились своего... Вместо этого мы сформулировали общие цели и нашли общих союзников в деле сохранения Европы в виде союза национальных государств".

Эти выводы нашли свое отражение на страницах газеты Daily Mirror, хвастливо написавшей: "Старая Европа вчера преобразилась. Франция и Германия, когда-то основавшие первоначальный европейский клуб шести государств, теперь уже не могут считаться хозяевами... В частных беседах британские государственные деятели говорят, что закончилась эра французского "шантажа"".

То, что Блэру удалось навязать свои требования Германии и Франции, является выражением важнейшей проблемы, с которой столкнулись европейские державы. Германия и Франция были в состоянии укреплять свое господствующее положение в Европе после Второй мировой войны лишь потому, что их поддерживал Вашингтон, рассматривавший такое развитие событий в качестве важнейшего средства для сдерживания Советского Союза и борьбы с ним в эпоху "холодной войны".

Крушение СССР стало началом существенного поворота в политике американского империализма, который под руководством администрации Буша пытается установить непререкаемое глобальное господство Америки, опираясь на ее нынешнее военное превосходство. В результате этого США отказались от своей прежней европейской политики и теперь отстаивают свое право на статус европейской державы — в основном, путем оказания поддержки Великобритании, восточноевропейским государствам, например, Польше, а также (в определенной степени) Италии и Португалии; основной их целью является ограничение германского и французского влияния.

Именно молчаливая поддержка Вашингтона и его союз с восточноевропейскими государствами позволили Блэру в значительной мере диктовать свои условия в вопросе о конституции. Однако его надежды на американскую буржуазию могут стать для него причиной серьезных политических затруднений.

Блэр сделал все возможное для того, чтобы заручиться поддержкой антиевропейских кругов британского правящего класса, например, Рупперта Мёрдока (Rupert Murdoch), на которые опирается его правительство. Но его уступки лишь возбудили их аппетит.

Принадлежащая Мёрдоку газета Sun заявила, что она не поддерживает требование партии Независимости Великобритании (UKIP) о выходе из ЕС, однако продолжает резко осуждать Блэра за подписание конституции и обвиняет его в "предательстве британских интересов".

В своей редакционной статье газета написала: "Если Тони Блэр надеется на триумфальную встречу по возвращении из Брюсселя, то он жестоко заблуждается. Хотя он и устроил там драку с французами, но все равно пошел на сделку, превратившую нашу страну в партнера по европейской конституции".

Далее Sun выражает свое согласие с Блэром: "Хотя мы и недовольны результатами данного саммита, но они все же содержат некоторые позитивные моменты. Стал явным разрыв между Новой и Старой Европой. Бывшие коммунистические страны под руководством Польши не желают одевать на свою новую экономику смирительную рубашку, которая так дорога Франции и Германии. Это — хорошее предзнаменование для будущего ЕС".

Нелегитимность проекта ЕС

Подобные заявления свидетельствует о глубине разногласий между европейскими странами, а причина этих разногласий — стремление США диктовать свою волю всему миру. В результате расширение и объединение Европы, началом которого должно было стать принятие общей конституции, обернулось новыми распрями и конфликтами.

Но гораздо важнее то, что народы Европы так и не признали легитимность проекта ЕС и не оказали ему какой-либо существенной политической поддержки. Более того, большинство трудящихся уже не видит никакой разницы между социал-демократами Блэра или Шрёдера и традиционными правыми партиями. Все они воспринимаются как представители интересов крупного бизнеса, стремящиеся к ликвидации социальных программ и к созданию условий для максимальной эксплуатации рабочего класса в интересах крупных корпораций.

Политическая враждебность по отношению к правящим элитам проявляется в массовом неприятии ЕС, который совершенно правомерно рассматривается как недемократический клуб "хозяев жизни". Свидетельством разрыва, существующего в Европе между правящими и управляемыми, стал факт того, что решение стран ЕС по укреплению своей власти и влияния было осуществлено спустя всего несколько дней после выборов в Европарламент, в которых приняло участие только 45,3% избирателей, причем многие из них проголосовали за партии, выступающие против ЕС, а в новых странах-членах Евросоюза в среднем проголосовало лишь 26% избирателей. Но это все равно преподносится как наилучший результат за всю историю ЕС.

Подписание конституции нельзя назвать иначе, чем мимолетным успехом. Даже поддерживающая ЕС газета Guardian, говоря о Блэре, была вынуждена признать: "Сейчас нужно будет этот документ — ужасно скучный и не имеющий почти никакого отношения к жизни обыкновенных людей — расхваливать перед враждебно настроенным народом". Да и правительствам других стран Евросоюза придется добиваться массовой поддержки для одобрения конституции ЕС, ненавидимого за его политику, проводимую в интересах корпораций, — ведь девять государств, включая и Великобританию, обещали провести референдум по этому вопросу. О том, как сам Блэр видит свои шансы на успех, можно судить по его предложению — провести референдум не ранее 2006 года, т.е. лишь за несколько месяцев до срока, к которому конституционный договор должен быть ратифицирован всеми 25 странами-членами ЕС.

Совершенно ясно, что правительства, стремящиеся по заданию своих сверхбогатых спонсоров ввергнуть в бедность собственных граждан, не способны обеспечить общеевропейской конституции массовую поддержку. Трудящиеся Европы в любом случае будут враждебно настроены к ЕС. Однако это само по себе не может создать основу для разработки прогрессивной альтернативы планам буржуазии. Европейскому рабочему классу необходима перспектива, обеспечивающая возможность защиты его собственных интересов в масштабах всего континента.

Трудящиеся должны оказывать сопротивление попыткам реакционных организаций, подобных UKIP, воспользоваться всенародной враждебностью к ЕС для того, чтобы направить ее в русло национализма и ксенофобии.

Задачей рабочего класса должно стать объединение континента путем создания Соединенных Социалистических Штатов Европы. Это обеспечит жизненно необходимые возможности для сопротивления растущему милитаризму США и их собственных правителей, для защиты добытых в тяжелой борьбе социальных завоеваний и демократических прав перед наступлением со стороны транснациональных корпораций и политических ставленников крупного капитала.

Смотри также:
Выборы в Европарламент — Германская партия "За Социальное Равенство" получает около 26 тысяч голосов
(21 июня 2004 г.)
Расширение Европы как часть глобализации
( 8 мая 2004 г.)

К началу страницы

МСВС ждет Ваших комментариев:



© Copyright 1999-2017,
World Socialist Web Site