World Socialist Web Site

НА МСВС

Эти и другие сообщения и аналитические обзоры доступны
на английском языке по адресу www.wsws.org

Новости и комментарии
Социальные вопросы
История
Культура
Наука и техника
Философия
Рабочая борьба
Переписка
Трибуна читателя
Четвертый Интернационал
Архив
Что такое МСВС?
Что такое МКЧИ?

Книги

Другие языки
Английский

Немецкий
Французский
Итальянский
Испанский
Индонезийский
Польский
Чешский
Португальский
Сербохорватский
Тамильский
Турецкий
Сингальский

 

МСВС : МСВС/Р : Новости и комментарии : Европа : Германия

Версия для распечатки

140 лет Социал-демократической партии Германии

Ульрих Рипперт
6 июня 2003 г.

Данная статья была опубликована на английской странице МСВС 30 мая 2003 года.

Каждые 10 лет Социал-демократическая партия Германии (СДПГ) ставит нелепый юбилейный спектакль. 23 мая СДПГ исполнилось 140 лет. Никакая другая партия не подчеркивает столь сильно свою историю и традиции, одновременно отрицая правду истории и ее уроки.

Даже поверхностный взгляд на внешний вид входного билета нынешних торжеств заставляет неметь от изумления. Родовое древо партии начинается портретом Августа Бебеля и заканчивается Герхардом Шрёдером, а между ними — Роза Люксембург, Курт Шумахер и Вилли Брандт. Какой очевидный упадок! Так и хочется воскликнуть: «Руки прочь от великих социалистов — Бебеля и Люксембург!»

Самое поразительное в нынешних торжествах — то, что всем сейчас не до праздника. Уже несколько месяцев председатель партии шантажирует ее членов, требуя у них поддержки своей программе строгих мер по ограничению буквально всех социальных расходов и выступая против всего, за что ранее боролась СДПГ. Государственные программы социального обеспечения, появившиеся почти одновременно с созданием СДПГ и введенные первым германским канцлером Отто фон Бисмарком с целью борьбы против только что вышедшей на политическую авансцену СДПГ, ныне ликвидируются именно социал-демократическим правительством. Вот ирония судьбы!

Ровно 130 лет тому назад Бисмарку не удалось помешать росту СДПГ ни при помощи пряника — социальных реформ, ни при помощи кнута — законов против социалистов. Сейчас социал-демократический канцлер постепенно разрушает гарантии государственного социального обеспечения, приближая конечный этап длительной политической деградации своей собственной партии.

Когда более десяти депутатов Бундестага выступили против такой политики, пытаясь собрать подписи для инициирования опроса членов партии, это вызвало возмущение партийной верхушки. Лидер парламентской фракции социал-демократов и бывший генеральный секретарь партии Франц Мюнтеферинг назвал инициативу депутатов «большим свинством» и пригрозил серьезными последствиями любому депутату, который осмелится «нанести канцлеру удар в спину». В наши дни в партии, на знаменах которой когда-то были начертаны слова «демократия» и «социализм», подавляются элементарные демократические права и запугивается любой «отступник».

Поддерживаемый правыми масс-медиа канцлер Шрёдер перед каждым мало-мальски важным голосованием в партии или в парламенте требует выражения доверия своей политике или грозит подать в отставку. Многие наблюдатели считают это признаком сильного руководства и приветствуют такую тактику, однако на самом деле все обстоит как раз наоборот. Лидер партии, который для поддержания своего авторитета вынужден прибегать к ультиматумам и грозить отставкой, на деле уже потерял всякий авторитет. Шрёдер раболепствует перед директорами компаний и всегда готов говорить с представителями большого бизнеса, а в собственной партии установил режим откровенной диктатуры и подавляет всякую оппозицию.

В своей речи 22 мая Шрёдер торжественно объявил, что его Программа 2010 выдержана «в лучших социал-демократических традициях». И это чистая правда. С тех пор, как 90 лет тому назад в партии победил оппортунизм, она всегда выбирала путь наименьшего сопротивления, став пособником самых реакционных сил в обществе.

Так происходит и сегодня. Запланированное сокращение расходов на социальные нужды и то, каким образом руководство социал-демократов обращается с партией и парламентом, ободряет и укрепляет правые силы, объединившиеся в коалиции ХДС/ХСС (Христианско-демократический союз/Христианско-социальный союз) и в СвДП (Свободная демократическая партия). Подобная ситуация уже была в 1920-х и 1930-х годах. Тогда антисоциальная политика социал-демократа Германа Мюллера привела к власти центриста Генриха Брюнинга, а тот ввел чрезвычайные законы и проложил путь диктатуре Гитлера. Уже в то время было ясно, что процесс урезания и отмены социальных, демократических и парламентских прав, начатый СДПГ, в конце концов будет обращен против самих же социал-демократов.

Однако эта партия давно разучилась извлекать уроки истории или просчитывать политические последствия своего наступления на социальные и демократические права. То же самое можно сказать и о внутрипартийной оппозиции, которая критикует политику Шрёдера, но не может предложить ничего взамен ее. Оскар Лафонтен, бывший социал-демократический министр в правительстве Шрёдера, при каждом удобном случае обвиняет партийное руководство в отказе от своих предвыборных обещаний и указывает на то, что это правительство осуществляет гораздо более безжалостную политику перераспределения общественного достояния в пользу богатых, чем любое германское правительство после Второй мировой войны. Но каков его рецепт для преодоления кризиса?

Будучи председателем партии, организатором победы на выборах 1998 года и министром финансов, Лафонтен имел возможность воплотить свои замыслы в жизнь. Но, оказавшись под давлением большого бизнеса, он сразу сдался и уступил место Шрёдеру, славящемуся своей готовностью немедленно выполнять каждое пожелание директоров компаний. Однако и сам Лафонтен не имеет ни малейшего желания оказывать сопротивление тем, кто лоббирует интересы бизнесменов. Он тоже пытается не допустить мобилизацию масс и социальные конфликты. Неолиберальное наступление не может быть остановлено без мобилизации широких слоев населения, поэтому он трусливо покинул свой пост.

Как Карл Каутский сто лет тому назад еще использовал революционную фразеологию, когда практическая работа партии уже велась в духе оппортунистической теории Эдуарда Бернштейна, так и Лафонтен сегодня использует язык социального реформизма 1970-х годов, хотя партия давно взяла курс на либерализм в экономике. Точно так же, как и в прошлом, противоположные тенденции в СДПГ сводятся лишь к левому и правому оппортунизму. Но и сам реформизм полностью выродился в течение последних ста лет.

Никто уже не ожидает от этой партии серьезного вклада в поиски прогрессивных решений важнейших проблем общества. В этом году юбилей СДПГ отмечался в депрессивной и болезненной атмосфере. Согласно данным правления партии, в прошлом месяце ряды СДПГ покинули 7283 человека — в среднем по 242 в день.

Главный довод отупевших партийных бюрократов гласит: если это не сделаем мы, то это сделают консерваторы, и все будет еще хуже. Мол, из-за экономических трудностей в Германии и во всем мире остается только один выход — отнять социальные гарантии у наиболее слабых членов общества и уменьшить налоги на самых сильных и богатых.

Реформа системы налогообложения, проведенная нынешним правительством три года тому назад, позволила компаниям сэкономить на налогах до 30 миллиардов евро. Многие крупнейшие предприятия не только не заплатили ни цента, но даже получали в продолжение последних двух лет от государства миллионные компенсации. В истории трудно отыскать прецедент столь явных и наглых действий правительства, выступающего в роли судебного пристава на службе интересов богачей — и при этом все время повторяющего, что нет другого выхода!

Все это находится в вопиющем противоречии событиям, сопровождавшим основание СДПГ. В имперской Германии того времени социальные условие были намного хуже, однако реакция первых социал-демократов — прямо противоположной: нужно что-то делать! Огромный оптимизм и убежденность в том, что политическое и культурное просвещение масс является залогом построения лучшего и более справедливого общества, вдохновляли молодого Августа Бебеля и других первых социалистов.

Когда делегаты 11 городов в мае 1863 года собрались в Лейпциге и в присутствии примерно 600 рабочих основали Всеобщий Германский Рабочий Союз, 23-летний Бебель находился в зале лишь в качестве слушателя, но уже пользовался авторитетом в Организации просвещения рабочих. Шесть лет спустя он вместе с Вильгельмом Либкнехтом основал Социал-демократическую Рабочую партию и присоединился к Первому Интернационалу.

Так было положено начало мощному движению, вскоре завоевавшему умы и сердца трудящихся в городе и деревне. Опираясь на учение Маркса и Энгельса, первые социал-демократы вступили в борьбу за свободу и демократию.

В речах Августа Бебеля нашли точное отражение представления о новом обществе, стоящем на более высоком уровне развития. С тех пор тон должно было задавать стремление к социальному равенству, солидарности и образованию, а не оправдание эксплуатации и жажды личного обогащения, идущих рука об руку с глупой надменностью. Несмотря на репрессии прусского авторитарного государства и вопреки направленным против социалистов законам Бисмарка, партия росла, как на дрожжах.

В начале прошлого века успехи науки и техники многим давали надежду на лучшее будущее. Однако динамичное развитие капитализма также создало условия для оппортунизма, в конце концов подчинившего себе большую часть партийного руководства. Уже через год после смерти Бебеля парламентская фракция СДПГ проголосовала за военные кредиты, которые кайзер потребовал в августе 1914 года, и тем самым ввергла миллионы рабочих в бойню Первой мировой войны.

Это предательство имело катастрофические последствия на протяжении всего ХХ века. С тех пор СДПГ посвятила все свои силы сохранению буржуазных порядков и подавлению любых революционных перемен. Когда русская революция в конце Первой мировой войны дала мощный импульс социалистическому движению и кайзер был свергнут, официальная газета СДПГ Vorwаerts публиковала объявления контрреволюционной полувоенной организации ветеранов войны Freikorps, из недр которой позже вышли многие руководящие деятели нацистского режима.

В то время как председатель СДПГ и будущий президент германского Рейха Фридрих Эберт сотрудничал с высшим командованием сухопутных войск, его товарищ по партии Густав Носке, руководитель военного министерства, организовал кровавое подавление восстания Спартаковцев и убийство тысяч революционных рабочих. Наиболее известные жертвы этой бойни — Роза Люксембург и Карл Либкнехт.

Позднее СДПГ отказалась бороться совместно с коммунистами против Гитлера и национал-социалистов. После прихода Гитлера к власти социал-демократические лидеры профсоюзов предложили сотрудничество фашистскому режиму, но это не спасло их от концентрационных лагерей. Лев Троцкий писал в 1932 году: «Социал-демократическая бюрократия — самый гнилой слой прогнившей капиталистической Европы».

Благодаря роли, которую сталинизм играл в Советском Союзе и на международной арене, СДПГ снова обрела влияние после Второй мировой войны. Она использовала преступления сталинистской бюрократии для разжигания антикоммунизма. Кроме того, послевоенное экономическое восстановление позволяло преподносить социально-ориентированную рыночную экономику в качестве успешной альтернативы социализму.

Самых внушительных успехов СДПГ добилась в начале 1970-х годов — вскоре после того, как послевоенный экономический подъем достиг своей кульминации. С этого момента ее влияние начало все более быстрыми темпами уменьшаться. Конец «холодной войны» ознаменовал наступление последнего этапа в распаде СДПГ. Политика, в основе которой лежит стремление к классовым компромиссам и сохранению государства всеобщего благосостояния, больше не имеет под собой ни малейшего основания. Новая роль Соединенных Штатов, под прикрытием которых социал-демократия могла проводить свою реформистскую политику, теперь сделала лишней саму СДПГ.

Август Бебель, несомненно, с презрением и насмешкой отнесся бы к сегодняшней СДПГ — со всеми ее враждующими между собой фракциями и течениями. Процесс разложения чрезвычайно продвинулся вперед с тех пор, как Роза Люксембург назвала эту партию «смердящим трупом».

Тем, кто считает ХХ век кладбищем любых социалистических устремлений, Бебель и Люксембург, вероятно, напомнили бы, что рождение буржуазного общества также было болезненным и длительным процессом. Великие достижения современной науки и техники они расценили бы как доказательство огромной творческой энергии человечества. И они не стали бы оплакивать кончину политической партии, давно потерявшей свою значимость, а призвали бы трудящихся подняться на борьбу за право самим определять свою политическую судьбу.

К началу страницы

МСВС ждет Ваших комментариев:



© Copyright 1999-2017,
World Socialist Web Site