Мировой Социалистический Веб Сайт (www.wsws.org/ru)

www.wsws.org/ru/2001/nov2001/tali-n10.shtml

Талибан, США и ресурсы Центральной Азии.

Часть 2

Питер Саймондс
10 ноября 2001 г.

Нижеследующее представляет собой вторую статью в серии из двух частей, посвященной истории движения Талибан в Афганистане. Первая часть была опубликована 7 ноября.

Подобно Пакистану и Саудовской Аравии США неоднократно отрицали существование какой-либо поддержки с их стороны Талибану. Однако принимая во внимание близкие отношения ЦРУ с Пакистаном и ISI [Управление межведомственной разведки Пакистана] на протяжении 1980-х годов, невероятно, что Вашингтон не знал и не давал молчаливой санкции планам правительства Бхутто относительно Талибана. Поддержка Пакистаном Талибана была секретом полишинеля. Несмотря на это, только в конце 1990-х году США начали оказывать давление на Исламабад из-за его отношений с этим режимом.

Дополнительное косвенное свидетельство связей США и Талибана следует из предпринятых американским конгрессменом Даной Рорабахер (Rohrabacher), членом Комитета по внешним отношениям Палаты представителей, попыток получить официальные документы США, связанные с Афганистаном со времени образования Талибана. Обращаясь к администрации Клинтона, Рорабахер, сторонница афганского короля, определенно преследовала свои личные корыстные цели. Однако реакция на ее запрос была знаменательной. После двух лет давления Государственный департамент в конце концов предоставил около тысячи документов, охватывающих период с 1996 года, но упорно отказывался опубликовать что-либо, относящееся к решающему более раннему периоду.

Хотя точные детали ранних контактов США с Талибаном или его пакистанскими кукловодами остаются недоступными, отношение Вашингтона к талибам было вполне ясным. Писатель Ахмед Рашид комментирует его следующим образом: «Администрация Клинтона явно симпатизировала Талибану, когда его действия соответствовали антииранской политической линии Вашингтона и были важны для достижения успеха в строительстве трубопровода из Центральной Азии в южном направлении в обход Ирана. Конгресс США одобрил тайный бюджет в 20 млн долларов для ЦРУ, направленный на дестабилизацию Ирана, и Тегеран обвинил Вашингтон в передаче некоторых из этих средств Талибану — обвинение, которое всегда отрицалось Вашингтоном» [ Taliban: Islam, Oil and the New Great Game in Central Asia, p. 46].

Фактически период с 1994 по 1997 год совпал с лихорадочной дипломатической активностью США, направленной на обеспечение поддержки сооружения трубопровода компании Unocal. В марте 1996 года известный сенатор США Хэнк Браун, сторонник проекта Unocal, посетил Кабул и другие афганские города. Он встретился с руководителями Талибана и предложил им послать в США делегатов на финансируемую Unocal конференцию по Афганистану. В продолжение того же самого месяца США оказывали давление на пакистанское правительство с тем, чтобы заставить его разорвать свои договоренности с аргентинской Bridas и поддержать американскую компанию.

В следующем месяце помощник Госсекретаря США по Южной Азии Робин Рейфэл (Raphel) посетила Пакистан, Афганистан и Центральную Азию, настаивая на политическом решении продолжающегося конфликта. «Мы также озабочены тем, что существующие здесь экономические возможности могут быть утрачены, если нельзя будет восстановить политическую стабильность», — сказала она средствам массовой информации. Рейфэл не проводила переговоры с лидерами Талибана и не дала каких-либо свидетельств официальной поддержки этого движения. Однако не было никакой резкой критики Талибана со стороны США по вопросам о правах женщин, наркотиков и терроризма, которая в конце 1990-х годов образовала основу американских ультиматумов, обращенных к талибскому режиму. По всем трем вопросам существовала масса свидетельств, которые сознательно игнорировались.

* После захвата Кандагара стало очевидным, что Талибан не желает мириться к существованием даже самых элементарных демократических прав. Девочкам было запрещено посещать школы, женщинам — работу. Эти меры создали огромные трудности. Мужчинам и женщинам были навязаны строгие, даже абсурдные правила ношения одежды. Фактически все формы развлечений, от видео и телевидения до запуска воздушных змеев, были запрещены. Религиозная полиция навязала свод социальных норм, по которым над правонарушителями творился произвольный суд на улице. Публичные наказания осуществлялись по широкому кругу преступлений, включая супружескую измену и гомосексуализм. Цель всей системы репрессий состояла в том, чтобы терроризировать людей и таким образом заставить их принять теократическую диктатуру Талибана, при которой никто не имеет голоса, кроме мулл. Но даже их решения являлись предметом вето муллы Омара из Кандагара.

* Что касается огромной афганской индустрии по производству героина, то США сыграли главную роль в ее расширении. В течение 1980-х годов группы моджахедов и их пакистанских покровителей использовали тайные линии снабжения, установленные с помощью ЦРУ для доставки оружия в Афганистан, чтобы контрабандой вывозить из страны большие количества опиума. ЦРУ игнорировало факт торговли наркотиками в интересах ведения войны против советской армии. К началу 1990-х годов Афганистан соперничал с Бирмой за звание крупнейшего в мире производителя опиума. США придерживались во многом такого же отношения к Талибану, который сначала обещал поставить производство опиума вне закона, но быстро взял обратно свое решение после того, как обнаружил, что в разрушенной экономике Афганистана существовало немного альтернативных источников дохода. После взятия Талибаном Кандагара производство опиума на окружающей его территории возросло на 50 процентов. После того, как силы талибов продвинулись дальше на север, в 1997 году производство опиума по стране в целом увеличилось примерно до 2800 тонн, что по меньшей мере на 25 процентов больше, чем в 1995 году. В то время это не вызывало публичного осуждения Вашингтона.

* Отношение США к угрозе исламского экстремизма было в то время насквозь лицемерным. В 1980-е годы США не только оказывали поддержку моджахедам вообще, но в 1986 году одобрили также и специальный пакистанский план по привлечению боевиков других национальностей, цель которого состояла в том, чтобы показать, что весь мусульманский мир поддерживает войну против Советского Союза. В соответствии с этим планом, в Афганистане для ведения боевых действий было обучено и вооружено примерно 35 тысяч исламских боевиков с Ближнего Востока, из Центральной Азии, Африки и Филиппин. Заметной фигурой среди «арабских афганцев», как их называли, был Усама бен Ладен, сын богатого йеменского строительного магната, который с 1980-го года строил дороги и склады в Пакистане для моджахедов. В 1986 году он сотрудничал с ЦРУ, занимаясь строительством огромного туннельного комплекса в Хосте, который должен был стать полевым складом оружия и тренировочным центром. Затем он перешел к строительству своего собственного тренировочного лагеря и в 1989 году создал организацию «Аль-Каида» («Основа») для арабских афганцев.

Падение Кабула

В середине 1990-х годов отношение США к Талибану никоим образом не определялось отношением к бен Ладену, наркотикам или к вопросу демократических прав. Если чиновник Госдепартамента США Робин Рейфэл противоречиво относилась к официальному признанию Талибана в середине 1996 года, то это происходило из-за того, что Вашингтон не определил, смогут ли боевики Талибана нанести поражение своим противникам и обеспечить стабильный политический климат для проекта компании Unocal.

После захвата Герата в 1995 году Талибан повернул острие своего наступления на Кабул. Все стороны были заняты вооружением своих ставленников внутри Афганистана перед ожидаемым финалом. Пакистан и Саудовская Аравия снабжали Талибан, модернизировали аэропорт Кандагара и построили новую телефонную и радиосеть. Россия и Иран перебрасывали по воздуху оружие, снаряжение и горючее режиму Раббани и его союзникам через авиабазу Баграм, расположенную к северу от Кабула. Индия косвенно помогала Раббани посредством ремонта самолетов национальной авиакомпании Афганистана и предоставления денег.

Попытки ООН, США и других стран содействовать соглашению между Раббани и Талибаном провалились. В августе 1996 года войска Талибана захватили Джелалабад, город на пакистанской границе, а затем в конце концов вынудили силы своего противника в следующем месяце оставить Кабул. Одним из первых актов талибов были жестокие пытки и убийство Наджибуллы и его брата, которые с 1992 года, пользуясь дипломатическим иммунитетом, жили в миссии ООН в Кабуле. Их изуродованные тела были повешены на улице. Реакцию Вашингтона на эти события описывают следующим образом:

«Спустя несколько часов, последовавших за захватом Кабула Талибаном, Госдепартамент США объявил, что он установит дипломатические отношения с Талибаном посредством посылки официального представителя в Кабул. Это заявление, правда, было быстро взято назад. Представитель Госдепартамента Глин Дэвис (Glyn Davies) сказал, что США не нашли "ничего предосудительного" в шагах, предпринятых Талибаном по навязыванию исламского права. Он охарактеризовал Талибан как антисовременное, а не антизападное движение. Конгрессмены США склонялись на сторону Талибана. "Значительная доля того, что произошло, заключается в том, что одна из фракций наконец кажется способной создать правительство в Афганистане", — сказал сенатор Хэнк Браун, сторонник проекта Unocal» [p.166].

Реакция Unocal была почти идентичной. Представитель этой компании Крис Таггерт приветствовал победу Талибана, объясняя, что теперь будет легче завершить проект строительства трубопровода, однако затем быстро отказался от своего заявления. Смысл этого был очевиден. США рассматривали Талибан как наилучшее орудие для обеспечения стабильности, необходимой для реализации проекта Unocal, но не были готовы публично поддержать новый режим до тех пор, пока его контроль не станет неоспоримым.

Выступая на закрытой сессии ООН в ноябре 1996 года, Рейфэл прямо разъяснила: «Талибан контролирует более двух третей страны, его представители являются афганцами, они — местные, они демонстрируют выдержку. Действительным источником их успеха была готовность многих афганцев, особенно пуштунов, молчаливо обменять бесконечную войну и хаос на усилия по обеспечению мира и безопасности, даже при наличии суровых социальных ограничений. Не в интересах Афганистана или кого-либо из нас изолировать Талибан».

Компания Unocal при поддержке Вашингтона продолжала активно обхаживать лидеров Талибана, которые, стремясь заключить наиболее выгодную сделку, стравливали американскую компанию с Bridas. Unocal потратила более 1 млн долларов на учреждение Центра исследований Афганистана при университете [штата] Омаха в качестве фасада для реализации программы помощи удерживаемому Талибаном Кандагару. Основным результатом «помощи» Unocal стало появление школы по обучению слесарей-водопроводчиков, электриков и плотников, необходимых для строительства трубопровода этой компании. В ноябре 1997 года делегация Талибана с почестями принималась Unocal в Хьюстоне, штат Техас. В ходе этого визита представители талибов встречались с официальными представителями Госдепартамента.

Политический поворот Вашингтона

Однако политические ветры уже задули в другую сторону. Ключевой поворотный пункт пришелся на май 1997 года, когда Талибан захватил крупнейший северный город Мазари-Шариф и попытался навязать свои религиозные и социальные порядки враждебно настроенному и подозрительно относящемуся к ним населению, состоящему из узбеков, таджиков и шиитов-хазарейцев. Действия талибов спровоцировали восстание, в ходе которого в городе в острой схватке было убито около 600 талибских боевиков. По меньшей мере одна тысяча из них была захвачена во время попытки к бегству и, как говорят, была жестоко казнена. В последующие два месяца Талибан отступал на северных фронтах, что стало его самым крупным военным поражением. За 10 недель боев он потерял более 3 тысяч убитыми и ранеными, а 3600 боевиков попали в плен.

Мазари-Шариф был не просто военной неудачей. Талибан произвел перегруппировку, в августе 1998 года захватил этот город снова, безжалостно убив тысячи шиитов-хазарейцев — мужчин, женщин и детей — и почти спровоцировал войну с Ираном, убив 11 иранских официальных лиц и журналиста. Однако события мая 1997 года показали глубокую враждебность непуштунов к Талибану. Это означало, что гражданская война будет неизбежно продолжаться и, даже если Талибан достигнет успеха во взятии опорных пунктов оппозиции на севере, перспектива возникновения новых восстаний и продолжение политической нестабильности остается весьма вероятной.

Сразу же после панического бегства Талибана из Мазари-Шарифа в Вашингтоне было принято несколько ключевых решений. В июле 1997 года, внезапно развернув свою политику на 180 градусов, администрация Клинтона перестала препятствовать строительству газового трубопровода по маршруту Туркменистан-Турция, проходящему через Иран. В следующем месяце консорциум европейских компаний, включавший Royal Dutch Shell, объявил о планах реализации такого проекта. Отдельное соглашение, заключенное австралийской BHP Petroleum, предполагало создание другого газового трубопровода из Ирана до Пакистана, и, в конечном счете, до Индии.

В то же время США и Турция совместно проталкивали идею создания «транспортного коридора», что включало в себя строительство большого трубопровода от Баку в Азербайджане через Грузию до турецкого порта Джейхан (Ceyhan) на побережье Средиземного моря. Вашингтон стал побуждать Туркменистан и Казахстан принять участие в этом проекте путем сооружения газового и нефтяного трубопроводов по дну Каспийского моря вдоль этого коридора.

План строительства газопровода из Туркменистана, выдвинутый Unocal, столкнулся теперь с серьезной конкуренцией. Более того, эти новые конкурирующие предложения предусматривали маршруты, которые обещали быть, по меньшей мере, в ближайшее время, более стабильными в политическом отношении. Как Bridas, так и Unocal проталкивали свои планы в южном Афганистане, однако их перспективы выглядели все менее реальными. В конце 1997 года вице-президент Unocal Марти Миллер (Millar) дал следующий комментарий: «Неясно, когда этот проект начнется. Это зависит от мира в Афганистане и от правительства, с которым мы сможем работать. Может быть, это произойдет к концу этого года, в следующем году или через три года, или это может оказаться пустышкой, если боевые действия продолжатся».

В политической риторике Вашингтона также начал происходить параллельный поворот. В ноябре 1997 года Госсекретарь США Мадлен Олбрайт в ходе визита в Пакистан взяла новый тон. Она назвала политику Талибана по отношению к женщинам «презренной» и резко предупредила Пакистан, что он рискует оказаться в международной изоляции. Вашингтон начал оказывать давление на Пакистан из-за участия Талибана в торговле героином и роста опасности «исламского терроризма».

Изменение в политике США завершилось после взрывов посольств США в Кении и Танзании в августе 1998 года. Администрация Клинтона ответила на это событие ударом крылатыми ракетами по тренировочным лагерям Усамы бен Ладена. Бен Ладен вернулся в Афганистан в мае 1996 года, после шестилетнего отсутствия, в течение которого он стал занимать все более жесткую позицию по отношению к роли США в Персидском заливе и на Ближнем Востоке. В августе 1996 года он начал выступать с публичными призывами к джихаду против США. Однако только после африканских взрывов Вашингтон начал требовать выдачи бен Ладена, без предоставления каких-либо доказательств его причастности к этим взрывам.

Unocal приостановила свой проект создания трубопровода и отозвала весь свой персонал из Кандагара и Исламабада. Последней каплей стало двукратное падение цен на нефть в конце 1998 года, когда цена одного барреля снизилась с 25 до 13 долларов, что сделало проект трубопровода Unocal нерентабельным, по крайней мере, в ближайшее время. В то же время исходившие от администрации Клинтона требования выдачи бен Ладена, а также действия в направлении контроля над наркотиками и защиты прав человека, стали основанием для серии карательных санкций США, наложенных на Талибан в 1999 году и ужесточенных в начале этого года.

Несмотря на усиленное давление, оказанное на Талибан, а также на Пакистан, ни одно из требований США не было выполнено. В 1998 и 1999 годах Талибан начал новые военные наступления и расширил свой контроль, загнав своих противников в районы на северо-востоке страны. Санкции ООН привели к тому, что не позволили какому-либо из конкурентов Вашингтона занять преимущественное положение в Афганистане, но и не позволили США приблизиться к установлению устойчивого положения в этом регионе.

Сейчас администрация США ухватилась за атаки, произведенные 11 сентября на Нью-Йорк и Вашингтон, чтобы продавить свои давно вынашиваемые планы относительно Центральной Азии. Без предоставления каких-либо доказательств Буш немедленно объявил бен Ладена ответственным за теракты в США и выдвинул ряд ультимативных требований к режиму Талибана: выдать бен Ладена, прекратить работу всех структур «Аль-Каиды» и обеспечить США доступ во «все террористические тренировочные лагеря». Когда Талибан отверг его ультиматум, Буш дал знак своим генералам обрушить на Афганистан тысячи бомб и крылатых ракет, сопровождая это открытыми призывами к свержению режима талибов.

Если поверить на слово администрации Буша и международным средствам массовой информации, единственной целью широкомасштабной и дорогостоящей войны Вашингтона против одной из самых отсталых в мире стран является захват бен Ладена и разрушение структур «Аль-Каиды». Однако, как показывает сделанный исторический анализ, цели Вашингтона в Афганистане определяются отнюдь не страхом перед терроризмом или заботой о правах человека. США впервые установили свое военное присутствие в центрально-азиатских республиках, введя войска в Узбекистан. Военная кампания, которую ведут США, гарантирует, что они будут диктовать условия любому постталибскому режиму в Афганистане. Даже если завтра бен Ладен будет убит, а его организация уничтожена, Вашингтон не станет отступать от своих первых шагов к господству над этим ключевым стратегическим регионом и его огромными энергетическими ресурсами.

Примечания:

1. Taliban: Islam, Oil and the New Great Game in Central Asia, Ahmed Rashid, I.B Tauris, 2000 2. Afghanistan: A New History, Martin Ewers, Curzon, 2001 3. Reaping the Whirlwind: The Taliban Movement in Afghanistan, Michael Griffin, Pluto Press, 2001



© Copyright 1999 - 2001,
World Socialist Web Site!