World Socialist Web Site

НА МСВС

Эти и другие сообщения и аналитические обзоры доступны
на английском языке по адресу www.wsws.org

Новости и комментарии
Социальные вопросы
История
Культура
Наука и техника
Философия
Рабочая борьба
Переписка
Трибуна читателя
Четвертый Интернационал
Архив
Что такое МСВС?
Что такое МКЧИ?

Книги

Другие языки
Английский

Немецкий
Французский
Итальянский
Испанский
Индонезийский
Польский
Чешский
Португальский
Сербохорватский
Тамильский
Турецкий
Сингальский

 

МСВС : МСВС/Р : Новости и комментарии : Северная Америка

Версия для распечатки

Домашняя война Буша — Ползучий государственный переворот

Редакционная коллегия МСВС
21 ноября 2001 г.

Данное заявление было опубликовано на английской странице МСВС 7 ноября 2001 г.

В период, последовавший после террористических атак 11 сентября, обрушившихся на Нью-Йорк и Вашингтон, Соединенные Штаты претерпели радикальные изменения в структуре правительства, в отношениях между народом, полицией и вооруженными силами, а также между правовой и конституционной системой.

Белый дом взял на себя огромные новые полномочия для проведения внутренних репрессий, учредив правительственным постановлением Управление внутренней безопасности (Office of Homeland Security), которое не контролируется Конгрессом и кадровый состав которого не назначается путем какого-либо голосования. Посредством принятия «антитеррористического» закона создается всеохватывающее ведомство политической полиции, которое фактически объединяет ФБР и ЦРУ и отменяет давнишнее разделение служб внешней разведки и внутренней полиции.

Администрация Буша заявляет, что наряду с бомбардировками Афганистана в этой войне существует второй фронт — война внутри страны. Федеральное правительство делает неопределенные и бездоказательные «предупреждения об опасности террора», которые подпитывают тревогу, не обеспечивая в то же время никакой защиты общества. Официальные представители правительства убеждают население в том, чтобы оно примирилось с использованием таких мер, как произвольные полицейские обыски и блокирование дорог в качестве постоянной особенности своей жизни. Войска национальной гвардии патрулируют аэропорты, гавани, мосты, туннели и даже Капитолий.

Основные конституционные гарантии: право habeas corpus [лат. предписание о представлении арестованного в суд для рассмотрения законности ареста], право обвиняемого знать о том, что представляет собой выдвигаемое против него обвинение, право арестованного видеться с адвокатом, даже презумпция невиновности — отменяются в отношении миллионов эмигрантов, прибывших с Ближнего Востока и из Центральной Азии. Право на конфиденциальность почти отменено для всего населения, имея в виду тот факт, что правительственные разведслужбы получили зеленый свет для установления электронных «жучков» и прослушивания телефонных разговоров, контроля за перемещением финансовых средств и осуществления других форм шпионажа фактически по собственному желанию.

Если бы среднему американцу показали 10 сентября картину Соединенных Штатов, какова она сегодня, его реакция, вероятно, была бы такой: «Это не та Америка, которую я знаю. Это более похоже на полицейское государство».

Горькая ирония состоит в том, что такая широкомасштабная атака на демократические права была начата во имя войны для защиты «свободы» и «демократии» от угрозы терроризма. Однако ни администрация Буша, ни сотрудничающая с ней Демократическая партия, ни податливые, превратившиеся в соучастника правительства средства информации не побеспокоились объяснить следующее противоречие: правительство Соединенных Штатов никогда не добивалось таких полномочий, которые оно получило сегодня, ни в один из моментов истории двадцатого века. Ни в годы Первой и Второй мировой войн, ни во время «холодной» войны, когда противниками США являлись мощные и обладавшие тяжелым вооружением государства, не проводилось такого радикального переустройства правительственной и законодательной системы. Почему это происходит сегодня, когда в качестве врага называется маленькая банда террористов, обитающая в пещерах одной из самых бедных стран мира?

Антитеррористический закон

Одним из ключевых элементов наступления на гражданские права является новый «антитеррористический акт», который поспешно прошел через Конгресс и был принят в качестве закона всего через пять недель после террористических атак. Этот закон определяет терроризм таким образом, что под террористические действия подпадают политическая деятельность и политические выступления, прежде защищенные «Биллем о правах» Конституции США. Он предоставляет широкомасштабные полномочия полицейским службам для осуществления тайной слежки, проведения расширенного электронного наблюдения и задержания на неопределенное время подозреваемых в терроризме. Негражданам, в том числе и проживающим постоянно на законной основе, может быть отказано во въезде в США из-за их политических взглядов, они могут быть высланы даже за самую случайную связь с организациями, которые считаются правительством «террористическими». На прошлой неделе генеральный прокурор Джон Эшкрофт расширил число подобным образом характеризуемых групп с 46 до 74.

Среди наиболее зловещих статей этого закона находится отмена «непроницаемой перегородки» ("firewall") между службами внешней и внутренней разведки. Центральное Разведывательное Управление теперь имеет полномочия передавать информацию Федеральному Бюро Расследований и таким образом сотрудничать с ФБР в проведении слежки внутри страны и подготовки уголовных преследований. Подобным же образом ФБР вправе передавать информацию ЦРУ, собранную в течение судебного разбирательства Большого жюри [присяжных, решающих вопрос о предании суду], без судебного ордера, предоставляя шпионскому агентству США доступ к внутренней информации, который был в прошлом ему запрещен.

4 ноября в газете Washington Post появилась статья под зловещим заголовком «Разведывательный гигант в процессе создания: Антитеррористический закон придаст внутреннему аппарату беспрецедентную свободу действий». В ней отмечается, что сосредоточение средств массовой информации на статьях нового закона об электронном наблюдении и телефонном прослушивании отвлекает внимание от других статей этого законопроекта, которые совершенно изменят действие агентств США по сбору информации. Согласно Washington Post, одним из самых значительных аспектов данного закона является то, что он «предоставляет правительству право изменять основную задачу ФБР с расследования преступлений на сбор внутренней информации».

Закон отменяет законодательные реформы, принятые согласно Акту о внешнем разведывательном наблюдении 1978 года, который отделил уголовные расследования ФБР от его действий по сбору информации против иностранных шпионов и международных террористов. Washington Post комментирует: «Законопроект фактически сносит юридическую "непроницаемую перегородку", возведенную 25 лет назад в период Уотергейта, когда нация была ошеломлена разоблачениями президентских злоупотреблений, связанных со сбором внутренней информации против политических деятелей».

Эти изменения идут дальше простого количественного расширения определенных полномочий по расследованию. Они устанавливают основу для перестройки полицейского и разведывательного аппарата в направлении огромного расширения его возможностей и радиуса действия.

В последние дни федеральные чиновники настояли на снятии законодательных ограничений, относящихся к полномочиям полиции на уровне штатов и на местах. Помощник генерального прокурора Ларри Томпсон сокрушался, что агентам министерства юстиции «не хватает глаз и ушей», чтобы наблюдать за подозреваемыми в терроризме, и сказал, что ограничения, наложенные на местные полицейские управления, «необходимо пересмотреть».

Многие местные полицейские управления уже сейчас отбрасывают правила по сбору информации, которые были установлены для защиты прав, вытекающих из Первой поправки к Конституции. Полицейская Комиссия Лос-Анджелеса в прошлом месяце проголосовала за ослабление информационных ограничений, принятых в начале 1980-х годов после разоблачений слежки полиции за участниками антивоенных протестов, либеральными политиками и другими политическими инакомыслящими. Управления полиции других больших городов движутся в сторону оживления методов слежки, использовавшихся в прошлом во время операций под кодовым названием «Красная бригада».

Терроризирование общества

29 октября, менее чем через три недели после терактов, правительство выпустило свое второе обобщающее предупреждение об опасности терроризма. Заявляя, что готовятся крупные террористические атаки против США или интересов США по всему миру, генеральный прокурор Эшкрофт выразился чрезвычайно расплывчато относительно вероятных целей, методов или конкретных преступников. Он не сообщил никакой информации, чтобы подтвердить заявление о надвигающейся опасности. Он не дал никаких инструкций относительно того, каким образом общество должно реагировать на предполагаемую опасность. Однако он направил рекомендацию18 тысячам полицейских управлений на уровне штатов и регионов «продолжать находиться в высшей степени готовности и немедленно сообщать ФБР о любой необычной или подозрительной деятельности».

Предписывая общественности принятие экстраординарных мер, таких как произвольное задержание на улице, слежку со стороны полиции или войск национальной гвардии, или допрос агентами ФБР, Эшкрофт сказал: «Мы просим терпения и сотрудничества американских граждан в том случае, если они столкнутся с дополнительными мерами, предпринятыми органами местного или федерального правопорядка или другими структурами, которые ответственны за обеспечение безопасности населения».

В качестве немедленного последствия объявления о состоянии повышенной готовности подразделения Национальной гвардии были размещены в ряде штатов в транспортных центрах, у источников водоснабжения и на атомных электростанциях. Они являются дополнением к тем частям, которые патрулировали крупные аэропорты после событий 11 сентября.

В выходные лидер меньшинства Ричард Гепхардт объявил, что Конгресс при поддержке обеих партий принял решение о размещении вооруженных солдат в здании Капитолия. Вслед за тем Верховный суд объявил о том, что он будет отстранять публику от присутствия на своих слушаниях.

Правительство заявляет, что «состояние повышенной готовности к террористическим актам» было объявлено для предупреждения и защиты населения. Однако, не располагая конкретной информацией о надвигающейся угрозе — когда и где террористы могут нанести удар — каких действий ждут от населения? Сам по себе отвлеченный характер состояния повышенной готовности показывает, что все это в сущности является обманом. Действительная же цель состоит в приучении населения к вторжениям в частную жизнь, отмене конституционных гарантий и общей милитаризации общества. Власти хотят, чтобы люди приняли в качестве нормального положения дел размещение вооруженных частей в аэропортах, общественных зданиях, на мостах, пограничных контрольно-пропускных пунктах и улицах.

Администрация Буша ухватилась за рассылку по почте бацилл сибирской язвы как за дополнительное средство подталкивания населения к принятию таких далеко идущих ограничений гражданских свобод. Хотя есть данные, позволяющие предполагать, что весьма вероятными подозреваемыми в этом деле являются крайне правые элементы вроде Тимоти Маквея (McVeigh), Белый дом и средства массовой информации постоянно утверждают, что за теракт с применением спор сибирской язвы несет ответственность Усама бен Ладен, изображая его сеть «Аль-Каида» в качестве всепроникающей и всемогущей угрозы.

Периодические объявления об опасности, вроде сделанных 11 и 29 октября, направлены на ускорение консолидации нового аппарата внутренних репрессий. 29 октября, в день последнего предупреждения об опасности, президент Буш председательствовал на заседании Совета внутренней безопасности (Coгnsil of Homeland Security). Этот новый, не имеющий прецедентов орган включает — в дополнение к бывшему губернатору Тому Риджу, который был назначен директором Управления внутренней безопасности (Office of Homeland Security) — вице-президента, генерального прокурора, министров обороны, финансов, транспорта и здравоохранения и социального обеспечения, а также глав ЦРУ и ФБР. Полномочия этого Совета, так же как полномочия Управления внутренней безопасности, являются неясными и неопределенными, и поэтому фактически неограниченными.

После этого заседания Буш объявил об учреждении еще одного агентства, наделенного точно не установленными полицейскими полномочиями — «оперативной группы по отслеживанию иностранных террористов», которую возглавил Эшкрофт. Учреждение этой рабочей группы является частью новой пограничной политики, которая позволит правительству с большей легкостью преграждать въезд иммигрантам, подозреваемым в связях с террористами, и применять общие жесткие меры против тех, кто обращается с просьбой о выдаче студенческих виз или обладает ими.

Массовые аресты среди эмигрантов

Эти далеко идущие перемены проходят в условиях, когда облавы, начатые службами национальной безопасности после 11 сентября, расширяются, доведя сегодня число арестованных до более чем 1100 человек. В то время как федеральные чиновники не желают говорить, сколько из этих задержанных освобождено, представитель министерства юстиции сказал, что «большинство» из них все еще находится под арестом. Данные об этих людях хранятся в тайне, правительство не дает информации о личностях задержанных, месте их содержания, причинах их задержания и характере выдвинутых против них обвинений в том случае, если они предъявлены.

Многие из этих людей помещены в камеры одиночного заключения. Местонахождение некоторых подозреваемых неизвестно членам их семей, а другие или не имеют юридического представительства, или им запрещен контакт со своими адвокатами. Многие юридические действия против этих заключенных происходят в тайных судебных заседаниях, а судебные документы закрыты для публики. Все это делается, чтобы скрыть действия федеральных агентств, служб штатов и полицейских управлений от общественного контроля.

Министерство юстиции отказывается предоставить информацию о задержанных по требованию групп по защите гражданских свобод и некоторых конгрессменов, не давая никакого объяснения этой завесе секретности. Кейт Мартин, директор Центра исследований национальной безопасности, сказал, что поведение правительства в процессе расследования является «пугающе сходным с практикой "исчезновения" людей в Латинской Америке».

Оба раза вслед за объявлением о состоянии повышенной готовности против терроризма, сделанных после 11 сентября, число задержанных правительством резко возрастало, увеличившись в продолжение последних нескольких недель в три раза. Одна из главных целей этого состоит в том, чтобы усилить деятельность полиции штатов и местных управлений по наблюдению и захвату большего числа подозреваемых.

Хотя массовое убийство во Всемирном Торговом центре и Пентагоне стало предлогом для массовых арестов, нет ни одного признака того, что арестованные обвиняются в каком-либо преступлении, связанном с нападением 11 сентября. Даже министерство юстиции заявляет, что не более чем 10 или 12 человек из числа задержанных подозреваются (что не доказано) в связях с воздушными пиратами. Огромное большинство арестов преследует иную цель, никак не связанную с каким-либо расследованием террористической атаки: запугать иммигрантское население и приучить американский народ в целом к методам, которые прежде ассоциировались с военно-полицейскими диктатурами.

«Война на два фронта»

Официальные правительственные лица подчеркивали, что антитеррористические меры, принятые в последние недели, не должны рассматриваться как временные. На брифинге 29 октября Ридж заявил: «Мы хотим, чтобы Америка находилась в состоянии наивысшей готовности. И время от времени мы можем снова объявлять такие же состояния общей тревоги».

Министр обороны Дональд Рамсфельд в статье, опубликованной 1 ноября в выпуске Washington Post, открыто заявил, что американский народ должен не только принять неограниченную по времени войну против терроризма, но должен также «готовиться к следующей войне — войне, которая может в огромной степени отличаться не только от войн прошлого века, но также и от новой войны против терроризма, которую мы ведем сегодня». Иными словами, Америка вводит военное положение не на период конкретного конфликта в Афганистане, а бессрочно. Следовательно, внутренние полицейские меры, предпринятые сегодня правительством, должны также стать признанными в качестве постоянно положения дел.

Одна хлесткая фраза все более рутинно появляется в заявлениях чиновников администрации Буша: Америка ведет «войну на два фронта». Оглашая на прошлой неделе свое предупреждение о повышенной опасности терроризма, Эшкрофт сказал: «Я верю, что американский народ может понять в этом контексте конфликт, в котором существует заграничный фронт, и есть другой фронт здесь, в Соединенных Штатах».

На следующий день Ридж сказал: «Мы вовлечены в войну против терроризма на два фронта». В произнесенной 31 октября речи, в которой обосновывался план экономического стимулирования, Буш повторил это заклинание: «Впервые в истории нашей нации часть военного фронта находится здесь, дома».

Что точно означает эта «война на два фронта» до сих пор ни разу не разъяснялось. Однако в свете чрезвычайных мер безопасности, предпринятых правительством после 11 сентября, ссылки на сражение на внутреннем фронте принимают зловещее значение. Своими попытками создать атмосферу страха и истерии по поводу надвигающихся террористических угроз, власти хотят отождествить всякого, захваченного их расследованием, с врагом, вне зависимости от того, существуют или нет доказательства его вины. Такие же методы будут использованы против тех, кто выступает против войны с Афганистаном и других политических действий правительства, внутренних или внешних.

До и после 11 сентября

Действия правительства после 11 сентября представляют собой самую серьезную и последовательную конституционную атаку на гражданские свободы в истории США. Никто не должен верить, будто все это — просто реакция на нападения против Всемирного Торгового центра и Пентагона. Такие меры давно навязывались самыми правыми слоями правящей элиты, которые ухватились за трагические события 11 сентября, чтобы реализовать свою политическую программу внутри страны — точно так же, как они используют их для оправдания начала военной интервенции в богатой нефтью Центральной Азии.

Эти широкомасштабные изменения являются кульминацией двух десятилетий политической реакции и нападок на демократические права, которые были связаны с непрерывным ростом репрессивных сил государства: два миллиона американцев в тюрьмах, тысячи — в камерах смертников, юридические ограничения на права подсудимых, расширение полномочий полицейского шпионажа и электронного наблюдения. Это сопровождалось возникновением по-фашистски мыслящего правого крыла, обладающего слабой поддержкой населения, но пользующегося огромным влиянием в Республиканской партии, Конгрессе, а сегодня и в Белом доме.

Те, кто поддерживают точку зрения, согласно которой последнее расширение нападок на гражданские свободы является просто реакцией на 11 сентября, игнорируют тот решающий фактор, что администрация Буша пришла к власти на основе беспрецедентной атаки на самые базовые демократические права — право голоса. Кампания Буша и Республиканской партии по присвоению результатов выборов и захвату власти, несмотря на поражение в результате народного голосования в национальном масштабе, завершилась решением правого большинства Верховного суда США, которое остановило законный пересчет голосов в ключевом штате Флорида, вручив власть Бушу. Правительство, которое пришло к власти с помощью методов обмана и заговора, должно править, используя такие же методы.

Эта администрация привержена внутренней и внешней политике, отвечающей интересам самого богатого и наиболее привилегированного слоя американского общества. Она является также правительством, действующим в обстановке огромного кризиса. До террористических атак администрация Буша демонстрировала явные признаки внутреннего расстройства. Ее и без того узкая общественная база поддержки рассыпалась под давлением углубляющегося экономического спада, развивающегося как внутри США, так и в международном масштабе.

Республиканцы утратили контроль над Сенатом, а на международном уровне администрация Буша все в больше степени оказывается в изоляции, поскольку номинальные союзники, так же как и противники, выступили против ее агрессивной и односторонней позиции. События 11 сентября были использованы теми, кто направляет администрацию Буша в качестве желанной возможности поддержать правительство и восстановить общественную поддержку посредством начала военного нападения на предполагаемых преступников. Одновременно они мобилизуются на фоне подъема общественной борьбы против растущей безработицы, углубляющегося спада и прокорпоративной политики правительства путем расширения и перестройки полицейских полномочий государства.

Внутренняя «антитеррористическая» кампания администрации Буша должна послужить отчетливым предупреждением. После разгромного скандала во Флориде в ноябре и декабре 2000 года в прессе появились благодушные комментарии, заявляющие, что, в отличие от многих других стран, жесткая политическая борьба в Соединенных Штатах не закончилась танками на улицах. Сегодня танки выведены на улицы и солдаты окружают Капитолий, что может быть названо медленно надвигающимся coup d'etat [государственным переворотом].

Все традиционные нормы буржуазной демократии в Соединенных Штатах поставлены под вопрос. Администрация Буша выражает презрение к демократии, которое охватывает могущественные слои американской корпоративной и финансовой олигархии, так же как и их фашистских союзников из числа христианских правых, оружейного лобби и милиционного движения. Они решились идти так далеко, как смогут, в установлении авторитарного режима. В попытке как можно сильнее расширить полицейские полномочия федеральных исполнительных органов власти отбрасываются такие идеи, как разделение властей между тремя ветвями правительства и законодательный контроль над исполнительной ветвью.

Стоит отметить, что на пике паники, связанной с сибирской язвой в середине октября, республиканцы из Конгресса поддержали закрытие Конгресса и перенесение его заседаний на неопределенный срок, чтобы обеспечить свободу рук ФБР, ЦРУ и военщине как за границей, так и внутри страны.

Война администрации Буша против демократических прав разоблачает неспособность Демократической партии составить сколько-нибудь серьезную оппозицию крайне правым силам, которые преобладают в Республиканской партии. Спустя всего несколько часов после атаки 11 сентября демократы выразили безусловную поддержку Белому дому Буша, заявив, что политические разногласия больше не допустимы. Демократическое руководство не только дружно выдало Бушу бессрочный мандат на ведение войны за границей, но и обеспечило прохождение его «антитеррористического» законопроекта, который не допускает проведение каких-либо расследований необъяснимого провала разведслужб, позволившего осуществиться терактам 11 сентября. Этот законопроект также санкционировал отбрасывание конституционных гарантий во время продолжающейся кампании полицейских облав.

Политический крах Демократической партии является кульминационным пунктом ее длившегося долгое время процесса приспособления к наиболее правым слоям правящей элиты. Своей трусливой реакцией, сначала на республиканский заговор с импичментом, а затем на кражу результатов выборов 2000 года, демократы уже показали свою неспособность и нежелание защищать демократические права.

Хотя в настоящий момент подавляющее большинство арестованных во время правительственной облавы являются иммигрантами ближневосточного и центрально-азиатского происхождения, только делом времени является использование подобных антидемократических методов в более широком масштабе. Полномасштабная атака на демократические права может быть остановлена только посредством независимой организации рабочего класса, объединяющей все слои рабочего населения — иммигрантов и рожденных в США — в политической борьбе против финансовой олигархии и ее политических представителей.

Смотри также:
Почему мы против войны в Афганистане
(16 октября 2001 г.)
Куда толкает американский народ администрация Буша?
( 2 октября 2001 г.)
Антиамериканизм — «Антиимпериализм» дураков
( 29 сентября 2001 г.)
Демократические права в Америке — первая жертва войны Буша против террора
( 25 сентября 2001 г.)
Почему администрация Буша хочет войны?
( 20 сентября 2001 г.)
Политические корни террористического нападения в Нью-Йорке и Вашингтоне
( 14 сентября 2001 г.)

К началу страницы

МСВС ждет Ваших комментариев:



© Copyright 1999-2017,
World Socialist Web Site