World Socialist Web Site

НА МСВС

Эти и другие сообщения и аналитические обзоры доступны
на английском языке по адресу www.wsws.org

Новости и комментарии
Социальные вопросы
История
Культура
Наука и техника
Философия
Рабочая борьба
Переписка
Трибуна читателя
Четвертый Интернационал
Архив
Что такое МСВС?
Что такое МКЧИ?

Книги

Другие языки
Английский

Немецкий
Французский
Итальянский
Испанский
Индонезийский
Польский
Чешский
Португальский
Сербохорватский
Тамильский
Турецкий
Сингальский

 

МСВС : МСВС/Р : Новости и комментарии : Северная Америка

Версия для распечатки

Заявление партии Социалистического Равенства Соединенных Штатов

Рабочий класс и президентские выборы в США 2000 г.

Часть 1: Фундаментальные сдвиги в американской политике

11 октября 2000 г.

Вступая в свою завершающую стадию, президентская кампания в США снова выявила пропасть, которая существует между двумя партиями политической элиты и широкими массами американских избирателей. Несмотря на расходование сотен миллионов долларов для продвижения республиканца губернатора Джорджа В. Буша и демократа вице-президента Эла Гора, ни один кандидат не может всерьез утверждать, что он получил широкую народную поддержку. Избиратели не верят ни кандидатам, ни их партиям.

Нынешний предвыборный процесс еще более, чем это обычно бывает в американской политической жизни, является упражнением в уклончивости, жульничестве и прямом обмане. Во всех своих обращениях к народной поддержке оба кандидата делают все, что в их силах, чтобы скрыть действительные политические и экономические интересы, которым они служат. Ни Гор, ни Буш не могут открыто констатировать существующую политическую реальность, которая лежит в основе этой кампании: то, что будет определять политику правительства после голосования 7 ноября - это не предвыборные обещания, данные избирателям, а потребности корпораций, которые финансировали кандидатов от демократов и республиканцев.

На подходе к выборам множатся признаки экономического кризиса: рост цен на нефть, все большее сокращений рабочих мест, падение показателей мировой экономики. Все это возвещает конец бума, который подпитывался массовыми и необеспеченными расходами капиталистов-спекулянтов. Более дальновидные экономические аналитики предупреждают, что напряженное состояние международной экономики может послужить катализатором жестокой рецессии - даже депрессии - в США. Несмотря на видимое процветание, предупреждает Business Week в выпуске за 2 октября, "слабые места скрываются в каждом уголке мировой экономики... Сегодня стоит вопрос, подвергнется ли мировая экономика давлению, которое могло бы вылиться в действительные проблемы".

Независимо от того, превратится или нет столь многократно превозносимое процветание в резкий экономический спад в течение нескольких месяцев сразу после ноябрьских выборов, - уже всеми признано, что выгоды от расширения бизнеса в ходе последнего десятилетия в подавляющей степени были извлечены 5 или 10 процентами самых богатых американцев. Социальные противоречия и проблемы, которые накопились за 20 лет политической реакции, заявили о себе и изменили ландшафт американской политической жизни.

За этими выборами последует период обостряющейся социальной напряженности и классовых конфликтов. Возглавит ли будущую администрацию президент Гор или президент Буш, в любом случае она попытается переложить тяжесть кризиса на спины рабочего класса.

Голосование за кандидатов двух второстепенных партий не будет представлять действительной альтернативы демократам и республиканцам. Кандидат от партии Реформы Патрик Бьюкенен является правым националистом, который стремится создать политическую основу для фашистского движения, родственного расистским и антиэмигрантским партиям крайне правых в Европе. Ральф Нейдер из партии Зеленых сеет иллюзии относительно того, что политику либеральных реформ, отвергнутую демократами, можно оживить посредством давления на американскую корпоративную элиту. В то же время он апеллирует к националистическим чувствам, подобным тем, которые питают кампанию Бьюкенена.

Все эти кандидаты стремятся скрыть ту главную истину, что источником социальной пропасти между привилегированной элитой и широкими массами трудящихся является сама система прибыли.

С приближением дня голосования рабочие неизбежно будут попадать под возрастающий пресс призыва голосовать за "меньшее зло", которым, согласно точке зрения профсоюзной бюрократии, является демократ Гор. Партия Социалистического Равенства (Socialist Equality Party) отвергает эту ложную перспективу. Главная задача, стоящая перед трудящимися, заключается в том, чтобы начать извлекать уроки из десятилетий их политического подчинения Демократической партии.

Последние восемь лет правления демократов под руководством Билла Клинтона показали тщетность всех попыток найти прогрессивный ответ социальному неравенству, милитаризму и размыванию демократических прав в рамках капиталистической двухпартийной системы.

Партия Социалистического Равенства посредством своего международного органа политического анализа Международного Социалистического Веб Сайта служит созданию действительной альтернативы для трудящихся. Решающим вопросом, поставленным выборами-2000, является независимая политическая организация рабочего класса на основе демократической и социалистической программы равенства.

Скрытая тенденция социального кризиса

Самой поразительной характерной чертой предвыборной кампании 2000 г. в США является несомненное открытие как Демократической, так и Республиканской партиями, во многом к их собственному удивлению, что огромное большинство американского населения состоит из трудящихся, которые мало что получили, если вообще что-нибудь получили, от бума на фондовом рынке в течение последнего десятилетия.

После 20 лет, когда обе партии проводили политику налоговых послаблений для богатых, сокращений бюджетных программ для рабочих и бедных и общего перераспределения богатства от трудящихся к богатым - и все это во имя господства капиталистического рынка - демократ Эл Гор и республиканец Джордж В. Буш бешено конкурируют между собой в представлении себя в глазах избирателей в качестве защитников людей, "которые много работают и платят по счетам".

Час за часом, особенно в ключевых штатах промышленного Среднего Запада, средства информации пичкаются рекламными объявлениями, провозглашающими, что Демократическая и Республиканская партии, финансируемые и контролируемые денежной элитой американского общества, - это трибуны для выражения мнений и интересов народа.

Вице-президент Гор стал лидировать в опросах общественного мнения после съезда демократов, где он принял позу народного заступника против могущественных корпоративных интересов. Кандидат от демократов подверг резкой критике планы налоговых сокращений республиканцев как золотое дно для богатых, в то же время провозгласив себя борцом за "рабочие семьи".

Гор посвятил в сентябре целую неделю, чтобы изо дня в день подвергать разносу самые непопулярные отрасли промышленности, - например, фармацевтические компании или табачную промышленность, - что достигло кульминации в его требовании выбросить на рынок нефть из федеральных нефтехранилищ в качестве противовеса взвинчиванию цен большими нефтяными компаниями.

Техасский губернатор Буш построил свою кампанию на выставленном республиканцами лозунге "сострадательный консерватизм" ("compassionate conservatism"), намекая, что он, в отличие от республиканского руководства Конгрессом, не безразличен к тем, кто нуждается. Он попытался составить конкуренцию демократам, делая предложения относительно образования, льгот на приобретение лекарств для престарелых и служб социального обеспечения.

Когда Буш стал терять голоса в опросах общественного мнения, он попробовал представить свои предложения по налогам - бесстыдный подарок богатым - в качестве стержня "проекта для среднего класса". Собрания и реклама избирательной кампании республиканцев постоянно изображают семьи из разряда получающих 40 тысяч долларов годового дохода, толкуя, какую выгоду они получат от плана Буша.

Сходные призывы раздаются на уровне Конгресса, где демократы и республиканцы дружно осуждают корпоративную жадность в слушаниях по делу Firestone, несмотря на то, что эти же самые политики поддерживали меры по дерегулированию 1980-х и 1990-х годов, которые привели к катастрофе в результате износа.

В борьбе за палату представителей и сенат кандидаты от обеих партий приглушили свою обычную демагогию в духе "порядка и законности", патриотическую риторику, критику получателей социальных пособий и изображали из себя защитников доступного здравоохранения и увеличения расходов на образование, охрану окружающей среды и социальную инфраструктуру.

Есть очевидный элемент фарса в спектакле, разыгрываемом двумя миллионерами, отпрысками правящего класса, один из которых сын сенатора, а другой - президента, где оба стремятся выставить себя в качестве защитников рабочего класса. Однако этот внезапный поворот фокуса американской политической жизни не следует отвергать просто как циничный предвыборный трюк.

Попытка обеих партий выступить с обращением к трудящимся по экономическим и социальным вопросам обнажает далеко зашедшую нервозность внутри политической элиты. Это реакция на сдвиги в народных настроениях, которые развиваются под поверхностью официальной политической жизни и которые две партии большого бизнеса начинают ощущать и опасаться.

Сдвиг вправо в течение предшествующих двух десятилетий был столь значительным, что либерализм, господствующая политическая философия буржуазной элиты со времен Франклина Рузвельта, стал в официальной политике ругательным словом, в то время как любая критика пропасти между богатыми и бедными стала трактоваться почти как государственная измена.

Популистские изыски кампании 2000 г. имеют существенное объективное значение. В политической системе, которая долгое время была самой изолированной от классовых вопросов, при которой огромные суммы расходовались на кампании средств информации, чтобы дезориентировать и манипулировать общественным мнением, стало невозможным скрывать бездну между официальным изображением всеобщего процветания и реалиями жизни огромного большинства.

В результате избирательная кампания протекает на грани напряженности, даже кризиса. Старые правые панацеи, которые одурманивали общественное мнение в 1980-е и 1990-е годы, больше не имеют прежнего влияния. Республиканские кандидаты и ведущие правых ток-шоу равно оплакивают тот факт, что, как сказал один из них, "никто больше не интересуется проблемой сокращения налогов".

Углубление социального кризиса

Реальная экономическая и классовая напряженность вышла на поверхность американской политической жизни. Соединенные Штаты являются самой поляризованной в социальном отношении страной из всех ведущих промышленных стран, где существует самая глубокая пропасть между богатыми и бедными, или, что более точно, между богатыми и всеми остальными.

Несмотря на самый долгий экономический бум в американской истории, уровень жизни подавляющего большинства населения либо остался прежним, либо упал. С 1970-х годов реальные зарплаты как рабочих, получающих почасовую оплату, так и находящихся на окладе, неуклонно снижались, в то время как объем производства в США увеличился более чем в три раза. Трудящиеся производят все больше и больше богатства, однако получают в качестве дохода все меньше и меньше. Для большинства семей это означает удлинение рабочего времени и одновременно погружение в долги просто для того, чтобы платить по счетам. Для самых уязвимых в этом обществе последствия еще хуже: нищета, бездомность, голод, фактическая безграмотность.

Это вопрос не просто относительного, или даже абсолютного падения уровня доходов миллионов американских семей, а ощутимого упадка социальной инфраструктуры и ежедневного функционирования общества: кризис государственного образования, растущая недоступность и заоблачная цена здравоохранения, разрушение транспортной системы (разбитые дороги, система авиаперевозок на грани остановки и т.д.).

Почти каждый день публикуются новые сообщения агентств социальных служб и частных благотворительных учреждений, которые документируют этот социальный кризис:

* Исследование, опубликованное 10 сентября, обнаружило, что в самой богатой стране мира 30 процентов детей в семьях с одним родителем живут на грани голодного существования.

* В сообщении, опубликованном в выпуске New York Times от 17 сентября и основанном на данных Службы внутрифирменных доходов (Internal Revenue Service), отмечается, что средний доход нижних 90 процентов населения вырос в течение десятилетия только на 1,6 процента, по сравнению с 89-процентным ростом верхнего 1 процента.

* Исследование, изданное 20 сентября группой юридической помощи по жилищным вопросам, обнаружило, что рабочий, получающий зарплату на уровне федерального минимума, не способен оплатить "самую обычную" квартиру с двумя спальнями в любом округе Соединенных Штатов.

* Публикация 22 сентября ежегодного списка Forbes 400, списка самых богатых людей Америки, большинство из которых миллиардеры, подчеркивает острую противоположность между накоплением богатства в руках верхушки и ухудшением условий для огромного большинства населения.

Один недавний отчет в прессе относительно социального расслоения в Америке, цитирует данные по налоговым декларациям, чтобы показать, что "поднимающаяся волна битов и байтов поднимает спрос на яхты намного больше, чем на прогулочные лодки". Однако подобные сообщения упускают один существенный вопрос. Что можно сказать об экономическом "буме", который выгоден только относительному меньшинству и оставляет за бортом столь многих? В каком смысле можно вообще говорить об экономическом развитии, когда рабочие, те, кто производит богатство, стоят перед лицом все более трудной борьбы за выживание?

Ни Гор, ни Буш не желают обсуждать такие вопросы. Оба они всю свою жизнь остаются страстными защитниками системы прибыли. Если вопрос о социальном неравенстве оказался в центре кампании-2000, то это произошло не по желанию политиков из стана демократов и республиканцев, а из-за накопления объективных противоречий внутри американского общества. Вне зависимости от того, кто из кандидатов победит на выборах, подготовлена почва для возникновения взрывоопасных политических и социальных конфликтов при следующей администрации.

Четверть века атак на рабочих

В показном сочувствии обеих партий к трудящимся кроется фундаментальное противоречие. Кампания-2000 проводится после четверти века неослабевающего наступления этих партий на рабочий класс. Демократы и республиканцы ссылаются на все в большей степени тяжелые общественные условия, не упоминая, что эти условия являются побочным продуктом политики, проводимой сменявшими друг друга демократическими и республиканскими администрациями, начиная с 1970-х годов. Кажется, что они рассчитывают на некую форму политической амнезии со стороны американского народа.

Буш оплакивает состояние образования, несмотря на то, что Республиканская партия усугубила кризис государственных школ путем бюджетных сокращений расходов на федеральном уровне и в штатах и своим союзом с крайне правыми и фундаменталистскими группами, которые нацелены на свертывание государственного образования в целом. Гор изображает заботу о миллионах людей, не имеющих медицинской страховки, оставляя в стороне "достижение" администрации Клинтона-Гора, которая спокойно наблюдала за увеличением числа незастрахованных с 38 до 44 миллионов.

Демагогические взаимообвинения двух ведущих партий не могут скрыть их взаимной ответственности за условия, в которых существуют трудящиеся. Со времени избрания в1976 году на пост президента демократа Джимми Картера, демократы и республиканцы контролировали Белый Дом по 12 лет. В течение 18 из последних 20 лет одна партия контролировала президентскую администрацию, тогда как другая - одну или обе палаты Конгресса. При всех своих межпартийных конфликтах демократы и республиканцы осуществляли общую программу: обогащение богатых, которые составляют незначительный процент населения, за счет всех остальных.

Этот процесс начался при правительстве Картера, когда большой бизнес стремился пересмотреть классовые отношения, сложившиеся после социальных взрывов и политического кризиса 1960-х и начала 1970-х годов. Перед лицом усиливающейся международной конкуренции корпоративная Америка требовала свободы для реструктуризации рабочих мест и навязывания интенсификации, а также других мер, направленных на увеличение производительности труда.

Картер назначил банкира с Уолл-Стрит Пола Волкера главой Федеральной Резервной Системы (ФРС), дав ему добро на введение режима ограничения кредита высоким уровнем процентных ставок, который достиг кульминации с введением 20-процентных ставок. Меры Волкера привели к намеченному эффекту: глубокому экономическому спаду и резкому росту безработицы.

Картер руководил процессом урегулирования трудового спора в компании Chrysler, в результате которого впервые крупный профсоюз Объединенных Автомобильных рабочих (UAW) согласился на сокращение зарплат и интенсификацию труда под угрозой закрытия заводов и массового сокращения рабочих мест. Администрация Картера провела также дерегулирование авиапромышленности под руководством либерального демократа Эдварда Кеннеди, первой в серии мер, нацеленных на введение "гибкости" труда и сокращение корпоративных расходов на здравоохранение и безопасность труда, защиту окружающей среды и гарантии потребителям.

В 1980 году президентом был выбран Рональд Рейган, и началось фронтальное наступление на рабочий класс как внутри страны, так и за границей. Рейган осуществил самые масштабные в истории сокращения налогов для богатых, инициировав в то же время огромное увеличение военных расходов, которое имело две цели: добиться банкротства Советского Союза, противника Вашингтона в "холодной войне", и настолько истощить ресурсы американского правительства, чтобы оно больше не могло поддерживать сколько-нибудь значительный уровень расходов на социальное обеспечение.

Администрация Рейгана вступила в крупнейшую в истории последнего времени конфронтацию с профсоюзами, умышленно спровоцировав забастовку профсоюза авиадиспетчеров PATCO, уволив всех забастовщиков, посадив в тюрьму руководителей забастовки и доведя этот профсоюз до банкротства. Цель все этого состояла в том, чтобы нанести масштабное показательное поражение рабочему классу, посредством чего федеральное правительство могло бы узаконить неограниченное наступление на забастовщиков во всех отраслях экономики путем увольнений, тюремных заключений и доведения профсоюзных организаций до банкротства. Расправа с PATCO послужила сигналом для невиданной в течение полувека волны разорений профсоюзов и сокращений зарплат, которые были организованы могущественными корпорациями вроде Phelps Dodge, Greyhound, Continental Airlines, Hormel и десятками других.

Эти атаки были санкционированы самой АФТ-КПП, которая сотрудничала с работодателями в деле изолирования рабочих, вовлеченных в забастовки или локауты. Саботируя их борьбу, АФТ-КПП стремилась деморализовать рабочих и ослабить влияние рядовых членов внутри профсоюзов. В то время как число членов профсоюзов, частота забастовок и уровень реальной зарплаты падали, доход и укоренившаяся власть профсоюзной бюрократии росли.

Политические сдвиги начала 1980-х годов положили конец не только длившемуся десятилетия социальному консенсусу по поводу политики доведения профсоюзов до разорения. Было выброшена за борт само предположение о том, что правительственная политика может смягчить худшие черты капитализма посредством регулирования поведения корпораций и обеспечения по крайней мере минимальных социальных пособий. Администрация Рейгана при поддержке контролируемого демократами Конгресса осуществила рекордное сокращение налогов на корпорации и доходы, которое принесло выгоду главным образом богатым, дерегулировала большую часть американской промышленности и начала сокращение расходов на программы социального обеспечения для бедных. Результатом был взрывной рост богатства и доходов господствующего слоя американского общества и неуклонное ухудшение условий жизни миллионов трудящихся.

Обогащение богатых за счет всех остальных представителей американского общества не было случайным или непредумышленным результатом влияния мировых сил, действующих вне контроля правительственных чиновников и корпоративных управленцев. Сознательной целью людей, занимавших высшие посты в государстве, было ликвидировать все препятствия, стоявшие перед корпоративной прибылью и личным обогащением. Субъективная политика соединилась с объективными процессами, прежде всего с революцией в телекоммуникациях и применении вычислительной техники, что привело к растущей социальной поляризации.

От Рейгана до Клинтона

Избрание Клинтона на пост президента в 1992 году было отчасти обеспечено народной реакцией против десятилетия урезаний бюджета, сокращения зарплат и других нападок на рабочий класс. Однако Демократическая партия, которая пришла к власти в 1992 году, имела совершенно иные отношения с корпоративной Америкой, чем демократические администрации "Нового курса" (Ф. Рузвельта) и "Эры великого общества" (Л. Джонсона).

Сам Клинтон серьезно опирался на деньги Уолл-Стрит, чтобы победить в качестве выдвиженца от Демократической партии на пост президента. Он был одним из основателей Совета демократического руководства, группы предпринимателей, образованной для того, чтобы навязать Демократической партии более правую программу, которая положила бы конец обещаниям социальной реформы и отказалась бы от цели сколько-нибудь более равного распределения богатства, но в то же время подражала бы республиканской демагогии по таким вопросам, как социальное обеспечение, преступность и сильная армия.

Восемь лет администрации Клинтона - шесть из них связаны с совместным правлением при господстве республиканцев в Конгрессе - были посвящены оргии накопления богатства, которая последовала после "десятилетия жадности" 1980-х годов. После отказа Клинтона от своей единственной значительной реформистской инициативы - всеобщего медицинского страхования - его администрация была парализована победой республиканцев на выборах в Конгресс и множеством последовавших за этим сфабрикованных расследований.

В одной сфере правительственной политики Клинтон был еще более агрессивен, чем его республиканские предшественники. Администрация Клинтона проявила себя тем, что провела еще большую эскалацию в использовании военной силы для поддержки экономических и стратегических интересов американского капитализма по всему миру. При Клинтоне американские войска отправлялись в десятки мировых горячих точек, а американские ракеты сыпались на так называемые государства-"изгои", от Ирака до Судана и от Афганистана до Югославии. Клинтон завещал своему преемнику политику усиленного милитаризма, подчеркнутую огромным увеличением расходов Пентагона в его последних двух бюджетах.

Безжалостно отстаивая интересы американского большого бизнеса за границей, Клинтон в то же время внутри страны подчинился диктату правящей элиты по вопросам социальной политики, заявив в своем Федеральном послании, что "эра большого правительства окончилась". Он ввел в действие в 1996 г. законодательство, которое ликвидировало федеральную программу социального обеспечения для одиноких матерей, что стало самой жестокой социальной мерой в отношении матерей-одиночек в течение последних двух десятилетий. Его министр финансов Роберт Рубин тесно сотрудничал с главой ФРС Аланом Гринспеном, чтобы подпитывать в 1995-1999 гг. рынок спекулянтов, играющих на повышение, в ходе которого цены на акции увеличились втрое, а огромные состояния создавались почти за ночь.

Далекая от отрицания политики Рейгана и Буша, администрация Клинтона-Гора руководит курсом на еще более резкую концентрацию богатства в руках финансовой элиты. По данным Бюджетного комитета Конгресса, контролируемого республиканским руководством и вряд ли являющегося бастионом сторонников равенства, девять десятых роста национального богатства за последние 25 лет пришлось на долю богатейшего одного процента американского населения.

Продолжение следует

Смотри также:
Джордж В. Буш: Кандидат в качестве IPO
(22 сентября 2000 г.)

К началу страницы

МСВС ждет Ваших комментариев:



© Copyright 1999-2017,
World Socialist Web Site