World Socialist Web Site

НА МСВС

Эти и другие сообщения и аналитические обзоры доступны
на английском языке по адресу www.wsws.org

Новости и комментарии
Социальные вопросы
История
Культура
Наука и техника
Философия
Рабочая борьба
Переписка
Трибуна читателя
Четвертый Интернационал
Архив
Что такое МСВС?
Что такое МКЧИ?

Книги

Другие языки
Английский

Немецкий
Французский
Итальянский
Испанский
Индонезийский
Польский
Чешский
Португальский
Сербохорватский
Тамильский
Турецкий
Сингальский

 

МСВС : МСВС/Р : Новости и комментарии : Мировая экономика

Версия для распечатки

Марксистский интернационализм против перспективы радикального протеста - Ответ на критику глобализации профессора Чоссудовского Часть вторая

Ник Бимс
3 марта 2000 г.

Нижеследующая статья представляет собой вторую часть полемического ответа Ника Бимса, Национального секретаря партии Социалистического равенства Австралии и члена редакционной коллегии МСВС, на статью профессора Майкла Чоссудовского "Сиэтл и после: обезоруживающий Новый мировой порядок", которая была опубликована на МСВС 15 января 2000 г. Н. Бимс является автором многочисленных статей и лекций о современной капиталистической экономике, в том числе Марксизм и глобализация производства и Воздействия глобализации: марксистская оценка.

Первая часть статьи Ника Бимса была опубликована на русской странице МСВС 1 марта .

Часть 2

Через все часто весьма страстные осуждения профессора Чоссудовскго Всемирной торговой организации (ВТО) и других институтов глобального капитализма проходит определенная политическая программа. По его мнению, глобализации следует противопоставить восстановление власти и суверенитета национального государства, которое оказалось подорванным созданием многосторонних "тоталитарных организаций" вроде ВТО.

Согласно Чоссудовскому, соглашение 1994 года, которое учредило ВТО, "пренебрегает демократическим процессом в каждой из своих стран-членов" и "намеренно умаляет национальные законы и конституции, обеспечивая в то же время большую власть мировым банкам и многонациональным компаниям".

"Другими словами, - продолжает он, - процесс создания ВТО, последовавший вслед за Заключительным актом Уругвайского раунда является явно "незаконным". Именно "тоталитарный" межправительственный орган был мимоходом образован в Женеве, получив по международному закону мандат на проведение экономической и социальной политики на уровне страны, умаляя суверенные права национальных правительств".

Соответственно он призывает "гражданские движения по всему миру" оказывать давление "на свои правительства с целью отменить без промедления свое членство в ВТО" и настаивает на проведении законных процедур, "начатых в национальных судах против правительств стран-участниц ВТО, подчеркивающих явное нарушение национальных законов и национальных конституций".

Чоссудовский осуждает средства массовой информации за стремление предотвратить критическое обсуждение вопросов и маскировку правды и указывает на то, что "именно обещание "свободного рынка"" является экономическим бедствием, которое разрушает человеческие жизни посредством "жестокого экономического лечения", предписанного ВТО и МВФ. Затем он заявляет: "Мы должны восстановить правду, мы должны восстановить суверенитет наших стран и народов наших стран".

Не может быть более ясного выражения фундаментальной разницы между социалистической оппозицией глобальному капитализму и его институтам - борьбой, которая основывается на объединении рабочего класса, невзирая на национальные границы - и мелкобуржуазному противодействию глобализации, которое требует "гражданских движений" для восстановления власти национального государства.

Эти вопросы возникли отнюдь не в первый раз. В разгар Первой Мировой войны Троцкий разъяснял, что, борясь против всех форм национального угнетения и империалистической централизации, "пролетариат не может позволить "национальному принципу" препятствовать неодолимой и глубоко прогрессивной тенденции современной экономической жизни к плановой организации всего нашего континента, а в дальнейшем и всего мира".

"Империализм, - продолжал он, - является по-капиталистически вороватым выражением этой тенденции современной экономики совершенно оторваться от идиотизма национальной узости, как прежде это было сделано в отношении местной и провинциальной ограниченности. Борясь против империалистической формы экономической централизации, социализм вовсе не выступает против особой тенденции как таковой, а, напротив, делает эту тенденцию своим собственным руководящим принципом" [1].

Мы рассмотрим некоторые проявления этого руководящего принципа в заключительной части этой серии. Здесь же мы хотим выяснить последствия националистической программы, выдвигаемой Чоссудовским.

Читая обличения профессора Чоссудовского относительно ВТО и того, что он называет "новым мировым порядком" - и никогда мировым капиталистическим порядком, - нельзя не вспомнить официальные заявления ультраправых националистических, популистских и даже неофашистских организаций в Соединенных Штатах и Европе.

В США последователи Пэтрика Бьюкенена и правых политиков осуждают "новый мировой порядок" и институты, подобные ВТО и ООН, как органы "мирового правительства", которые ниспровергают суверенные права и власть американского правительства. Подобная позиция обнаруживается и в Европе среди правых и неофашистских противников Европейского Союза. Социалисты, конечно, выступают против как ВТО, так и ЕС. Однако решающим вопросом является программа, на основе которой развивается эта оппозиция.

Стоит напомнить в этом контексте отношение Троцкого к Версальскому договору. Он утверждал, что, хотя Коммунистический Интернационал выступает категорическим противником этого договора, Компартия Германии не может просто выдвигать лозунг "Долой Версаль". Поступать подобным образом значило бы неизбежно объединяться с политикой нацистов и других правых националистических группировок. Напротив, заявлял он, политическая оппозиция Версалю и "новому мировому порядку", который он создал, должна основываться на борьбе за Социалистические Соединенные Штаты Европы.

Несомненно, профессор Чоссудовский враждебен правым националистическим оппонентам ВТО. Однако в политике решающую роль играют не столько намерения, сколько внутренняя и объективная логика программы, за которую борются, равно как и то, интересы каких социальных сил выражает эта программа. Следовательно, если оппозиция ВТО основывается на программе, которая требует усиления национального государства и восстановления его суверенных прав, а ВТО осуждается в качестве "незаконной" организации по причине того, что она подрывает эти права, то такая оппозиция может иметь результатом только политический союз с правыми националистическими тенденциями в политике.

Всей своей статьей профессор Чоссудовский стремится разоблачить роль средств информации и неправительственных организаций (NGO) в обеспечении "человеческого лица" для ВТО и в поощрении иллюзий относительно ее демократического характера. Однако когда дело доходит до национального государства, он сам подпитывает иллюзии и участвует в мифотворчестве.

Он требует изменения государственных институтов для того, чтобы вывести их из-под власти институтов финансовых и восстановить права непосредственных производителей. Его целью является развитие "гражданского движения", чтобы оказывать давление на национальные правительства и, в конечном счете, проводить реформу капиталистического государства. Однако история демонстрирует невозможность реализации подобного проекта.

Капиталистическое национальное государство не является каким-то нейтральным политическим институтом, стоящим над обществом, которое охвачено борьбой могущественных экономических интересов. Оно есть творение и инструмент самого капиталистического класса. Это государство не может как-либо образом быть "захвачено" широкими массами и демократизировано в их интересах.

Это не значит, что рабочий класс и его союзники, которых он может увлечь за собой из других социальных слоев, не должны бороться за демократические требования. Напротив, в борьбе против тоталитаризма глобального капиталистического рынка демократические требования могут и будут иметь огромное значение. Однако, как показывает вся история политической борьбы рабочего движения, борьба за эти требования протекает не посредством капиталистического государства, а в борьбе против него и независимо от того, насколько "демократична" его форма.

Разрешение социального и экономического кризиса, создаваемого сегодня деятельностью глобального "свободного рынка" - подчинение всех сторон общественной жизни требованиям капитала, что является неизбежным следствием глобальной борьбы за прибыли - требует не менее, чем полной реорганизации экономики сверху до низу и установления совершенно новых общественных приоритетов, основанных на использовании научных и культурных достижений, поставленных на службу огромного большинства людей.

Однако можно ли всерьез утверждать, что такая перспектива - с которой профессор Чоссудовский, без сомнения, согласен - может быть осуществлена посредством капиталистического государства? Не потребует ли она развития политического движения, которое имело бы своей целью полную перестройку политической системы и создание новых форм организации, посредством которой широкие массы осуществляли бы политическую власть? Утверждать противное, значит создавать иллюзии, столь же опасные, как и те, которые поощряются сторонниками ВТО.

Существенным компонентом перспективы профессора Чоссудовского является вера в то, что экономическая и социальная катастрофа, порожденная деятельностью "свободного рынка", может быть преодолена в том случае, если давление, оказываемое на национальные правительства и их финансовые институты, заставит их вернуться к политике национального экономического регулирования. Эта политика, основанная на анализе британского экономиста Джона Мейнарда Кейнса, была присуща послевоенному буму.

Подобно всем сторонникам кейнсианства Чоссудовский видит источник экономического кризиса капитализма в отсутствии достаточного экономического спроса.

Это наиболее ясно изложено в его книге Глобализация производства. Там он пишет, что программа поддерживаемых МВФ реформ, нацеленная на создание безработицы и "минимизации стоимости труда", привела к обнищанию больших слоев населения мира и "резкому сокращению покупательной способности".

"В свою очередь, как в развивающихся, так и в развитых странах, низкие уровни доходов неблагоприятно сказываются на производстве, приводя к дальнейшей череде закрытия заводов и банкротств. На каждом этапе этого кризиса существует движение к глобальному перепроизводству и свертыванию потребительского спроса. Посредством снижения способности общества потреблять, проводимые во всем мире макроэкономические реформы, в конечном счете, препятствуют увеличению капитала" [2].

Ясно, что из такого анализа кризиса капиталистической экономики вытекают определенные политические выводы. Если, как утверждает профессор Чоссудовский, программа, навязанная глобальными финансовыми институтами, является, в конечном счете, враждебной по отношению к увеличению капитала, то в таком случае существует возможность развития политического движения, нацеленного на изменение этой политики, когда такое изменение, в конце концов, окажет благоприятное воздействие на сам капитал.

Однако если, как мы покажем, кризис вырастает из противоречий внутри самой системы прибылей, а недостаток спроса является выражением более фундаментальных тенденций, чем просто результатом неправильной политики, то тогда ясно, что никакая программа реформ, основанная на стимулировании спроса, не сможет его преодолеть.

Чоссудовский требует новых правил, руководящих торговлей, а также "развития экспансионистской ("ориентированной на спрос") макрополитической программы, направленной на смягчение бедности и создание по всему миру рабочих мест и покупательной способности" [3].

Статья под названием Финансовая война, опубликованная в 1998 году, проясняет программу, которую он выдвигает: возвращение к политике, применявшейся во всемирном масштабе и принятой ведущими капиталистическими державами в послевоенный период [4].

Всемирный кризис, пишет он, "означает кончину центральных банков, ослабление национального экономического суверенитета и неспособность национального государства контролировать делание денег в интересах общества".

Интеллектуальные и политические традиции, на которых он стоит, обнажаются в заключительном абзаце:

"Происходящий финансовый кризис, - пишет Чоссудовский, - не только ведет к кончине институтов национального государства во всем мире, он также состоит в демонтаже шаг за шагом (и возможной приватизации) послевоенных институтов, учрежденных отцами-основателями на Бреттон-Вудской конференции в 1944 году. В отличие от разрушительной роли, которую сегодня играет МВФ, эти институты были направлены своими архитекторами на обеспечение стабильности национальных хозяйств. Как сказал Генри Моргентау (Morgenthau), министр финансов США, в своем заявлении, завершавшем конференцию (22 июля 1944 г.): "Мы собрались здесь для того, чтобы выработать методы, которые могли бы разделаться с экономическими бедствиями - соперничающей девальвацией валюты и разрушительными помехами торговле, - которые предшествовали идущей войне. Мы достигли успеха в этой работе".

Как и многие другие критики мировой финансовой системы, которые подобным же образом требуют возврата к политике национального экономического регулирования, Чоссудовский никогда не обращается к вопросу о том, почему рухнул послевоенный экономический порядок, основанный на кейнсианском управлении спросом.

В той степени, в какой подобными критиками предлагается какое-то объяснение, оно обычно сводится к осуждению политических изменений, начатых Рейганом и Тэтчер, и связанных с воскрешением доктрины "свободного рынка". Однако такой анализ не может объяснить ни то, как такие незначительные личности, как Рейган и Тэтчер, превратились в "мировые исторические фигуры", ни то, как случилось, что отец Чикагской школы "свободного рынка" Мильтон Фридмэн, считавшийся в шестидесятых годах чем-то вроде экономического чудака, стал в восьмидесятые годы источником экономической мудрости.

Воскрешение программы "свободного рынка" может быть понято только в результате исследования того, каковы были истоки послевоенного экономического порядка, как шло его развитие и почему наступил кризис.

Политика, принятая в Бреттон-Вудсе и развитая в последующие годы, была, в первую очередь, реакцией на потенциально революционное движение масс, которое развивалось в последний период войны в развитых капиталистических странах, равно как и в колониальных странах.

Более дальновидные политические представители буржуазии признавали, что до тех пор, пока они не примут ряда мер, которые ограничивали бы деятельность капитала и обеспечивали бы общее улучшение уровня жизни, они могут столкнуться с серией потрясений возможно даже более широкого масштаба, чем те, которые последовали после Первой Мировой войны. Другими словами, после двух мировых войн и экономической катастрофы Великой Депрессии признавалось, что если капиталистическая экономика не будет реконструирована сверху, то будет существовать реальная опасность того, что ее низвергнут снизу.

Страх перед социальными и политическими последствиями неограниченного действия свободного рынка являлся ключевым компонентом Бреттон-Вудской системы. Меры, которые эта система приняла - установление фиксированных отношений валют, контроль над капиталом, правительственное стимулирование национальной экономики и реализация широких мер по социальному обеспечению - обеспечили структуру послевоенного роста.

Однако эти политические инициативы, какими бы важными они ни были, не могли сами по себе привести к успеху. Решающей причиной послевоенного роста - самого продолжительного бума в истории капитализма - было распространение новых методов капиталистического производства, основанных на конвейерной системе, развитой в Соединенных Штатах в 1920-х и 1930-х годах, на остальные развитые капиталистические страны. Эта новая система производства и установление социальной и политической структуры в дополнение к ней сделали возможным восстановление нормы прибыли.

Период длительного подъема капиталистической экономики, несмотря на то, что правительственная политика может способствовать или препятствовать ему, является в конечном счете результатом роста прибылей. Выросшие прибыли ведут к увеличению капиталовложений, которые ведут, в свою очередь, к обеспечению дополнительной занятости, в свою очередь ведущей к расширению потребительского спроса и созданию новых рынков, способствующих дальнейшему расширению.

Пока этот благодетельный круг продолжается, капиталистическая экономика, несмотря на колебания в деловом цикле, продолжает расширяться. Однако, как показал анализ Маркса, внутри процесса накопления прибыли и капитала существуют существенные противоречия, которые означают, что он должен в определенной точке оборваться.

Внутри капиталистического хозяйства единственным источником прибыли в конечном итоге является прибавочная стоимость, выжатая из живого труда рабочего класса. Однако норма прибыли имеет отношение к общей массе используемого капитала - капиталу, затраченному на сырье и машины (постоянному капиталу), и капиталу, израсходованному на рабочую силу (переменному капиталу).

Поскольку переменный капитал является единственным источником прибавочной стоимости, и эта прибавочная стоимость должна увеличивать еще большую массу капитала (постоянного и переменного), само расширение капиталистического производства - накопление капитала - порождает тенденцию в норме прибыли - отношению всей прибавочной стоимости ко всему затраченному капиталу - к понижению. Возникновение этого процесса ведет к кризису.

Таким образом, не недостаток спроса лежит в основе кризиса, а, напротив, недостаток прибыли, или, более точно, недостаточная прибыль, чтобы продолжать расширение капитала на прежнем уровне.

Тенденция к падению нормы прибыли начала проявлять себя к концу 1960-х годов. За этим последовала серия экономических и финансовых кризисов в продолжение семидесятых годов, приведшая к отказу от Бреттон-Вудской системы фиксированных валютных курсов и началу спада 1974-1975 годов, самого глубокого со времен Великой Депрессии.

Это вызвало два больших последствия. Во-первых, правительства начали наступление на систему социальных пособий, которую они вынуждены были дать рабочему классу в предшествующий период. Во-вторых, в попытке преодолеть падение нормы прибыли, капитал инициировал процесс перестройки, основанный на развитии методов глобализированного производства и использовании компьютерных технологий. Однако эти меры не помогли сохранить увеличение нормы прибыли, и длительный кризис в накоплении прибавочной стоимости привел к ожесточенной мировой борьбе за рынки.

Исследование кризиса показывает, почему невозможно для любой части капиталистического класса, или, в действительности, для капиталистического класса в целом, вернуться к политике расширения спроса и уступок в области социального обеспечения, которыми был отмечен послевоенный период. В самом деле, всякое увеличение заработной платы и социальных пособий стимулирует спрос. Однако это достигается ценой прибыли, а в условиях, когда прибыль уже не соответствует массе капитала, которую она должна увеличить, такие меры могут только усилить кризис.

Существует другой, политический, аспект этого вопроса, который необходимо рассмотреть. Борьба против влияния "свободного рынка", утверждает Чоссудовский, "должна вестись на широкой основе и с демократическим охватом всех слоев общества на всех уровнях, во всех странах, объединяя в большом выступлении рабочих, фермеров, независимых производителей, мелкий бизнес, специалистов, деятелей искусства, гражданских служащих, членов духовенства, студентов и интеллектуалов".

Нет сомнения в том, что рабочий класс должен стремиться к тому, чтобы в борьбе против мирового капитализма добиваться поддержки со стороны других классов и промежуточных социальных слоев. Однако политическая история последних 25 лет показывает, почему такое движение не может выковаться на основе возвращения к кейнсианской политике национального регулирования.

Когда экономические условия, которые поддерживали кейнсианскую программу - увеличивающееся накопление прибыли и расширение капиталовложений - начали разрушаться в начале семидесятых годов, попытка поддержать их посредством увеличения государственного дефицита и более высоких налогов привела только к увеличению инфляции, произведя широкомасштабное негодование в больших слоях среднего класса. Эта политическая враждебность к неудачам социального реформизма, в свою очередь, создала политическую основу для наступления, развернутого правительствами Рейгана и Тэтчер.

Последующий эксперимент с программой "свободного рынка" рассеял множество иллюзий, которые сопровождали введение этой политики. Во всех слоях общества, в том числе в слоях среднего класса, который одно время был увлечен этой политикой, выросла серьезная напряженность. Однако во все большей степени разочарованный средний класс не может быть привлечен на сторону рабочего класса на платформе, которая обращена в прошлое - на основе провалившейся программы национального реформизма.

Чтобы завоевать средний класс и промежуточные социальные слои, рабочий класс должен выдвинуть программу, которая не нацелена на реформу системы прибылей, а непосредственно изменяет ее. Рабочий класс должен продвигать вперед программу, которая требует освободить огромные производительные силы, созданные общественным трудом - физическим и умственным - всего общества, от господства частнособственнических интересов и ввести общественную собственность и общественный контроль. Он должен настаивать, словом и делом, на том, что задача, которая должна быть решена - это не меньше, чем полное переустройство общества на основе новых общественных целей.

Профессор Чоссудовский правильно утверждает, что "глобализация" борьбы против системы "свободного рынка" требует "степени солидарности и интернационализма, невиданной в мировой истории". Однако здесь заключается принципиальная ошибка его перспективы. Такая степень интернационализма не может быть достигнута на основе программы, которая выступает за "восстановление суверенитета наших стран".

Именно политическое разделение мира на соперничающие и конкурирующие национальные государства является корнем проблемы. Любая программа, которая стремится восстановить национальный суверенитет - то есть защиту прав одной нации против ее соперников и конкурентов - необходимо препятствует развитию международной солидарности и "глобализированной" борьбы, которые являются требованием дня. В самом деле, каковы бы ни были чьи-либо намерения, настаивание на национальном суверенитете и превосходстве национальных законов содействует подготовке к новым империалистическим войнам.

Война и глобализация, заявляет Чоссудовский, не являются отдельными вопросами, и опасность войны должна быть осознана. На этот счет нет разногласий. Однако именно поэтому следует противостоять любой перспективе, которая основывается на национальном государстве и его суверенитете. Такая перспектива помогает создавать политические и идеологические условия для начала войн. Несмотря на требования Чоссудовского распустить НАТО и поэтапно ликвидировать индустрию вооружений, невозможно противостоять военным планам какого-либо "собственного" правительства, требуя в то же самое время восстановления и усиления его суверенной власти.

Интернационализм является не просто моральным требованием. Он не сводится к необходимости просто воздерживаться от греха национализма. Интернационализм опирается на понимание того, что судьба народов мира больше не связана с национальным государством. Более того, интернационализм связан с осознанием того, что система национальных государств и система частной собственности, которую она защищает, стали главным препятствием дальнейшему развитию человечества и должны быть заменены более высокой формой экономической, общественной и политической организации.

Движение вперед не есть возвращение к национальному очагу, вопреки тому, что защищает профессор Чоссудовский, а развитие борьбы за мировой социализм. В заключительной части этого ответа мы рассмотрим, как эта борьба подготавливается тенденциями, действующими внутри самого глобального капитализма.

Примечания:

1. Leon Trotsky, What is a Peace Programme, a Lanka Samamaja publication, p. 11.

2. Chossudovsky, The Globalization of Poverty, pp. 16-17.

3. Op cit, p. 27.

4. Chossudovsky, Financial Warfare.

Смотри также:
Марксистский интернационализм против перспективы радикального протеста - Ответ на критику глобализации профессора Чоссудовского
(1 марта 2000 г.)

К началу страницы

МСВС ждет Ваших комментариев:



© Copyright 1999-2017,
World Socialist Web Site