World Socialist Web Site

НА МСВС

Эти и другие сообщения и аналитические обзоры доступны
на английском языке по адресу www.wsws.org

Новости и комментарии
Социальные вопросы
История
Культура
Наука и техника
Философия
Рабочая борьба
Переписка
Трибуна читателя
Четвертый Интернационал
Архив
Что такое МСВС?
Что такое МКЧИ?

Книги

Другие языки
Английский

Немецкий
Французский
Итальянский
Испанский
Индонезийский
Польский
Чешский
Португальский
Сербохорватский
Тамильский
Турецкий
Сингальский

 

МСВС : МСВС/Р : Новости и комментарии : Россия

Новое обострение борьбы в московских коридорах власти

Владимир Волков
14 февраля 1999 г.

В первой половине февраля произошло новое резкое обострение политической борьбы в верхних эшелонах власти России. Подал в отставку Генеральный прокурор России Ю. Скуратов; арестован бывший министр юстиции В. Ковалев; заведено уголовное дело на одного из архитекторов горбачевской "перестройки" академика А. Аганбегяна; опубликованы новые факты о финансовых махинациях бывшего руководства Центробанка России; наконец, массовым обыскам подверглись фирмы, либо подконтрольные крупнейшему российскому "олигарху" Б. Березовскому, либо связанные с его "империей".

Все эти события, хотя и происшедшие в одно и то же время, вряд ли связаны какой-то единой пружиной. Здесь, скорее, вступил в силу сложный и крайне запутанный механизм взаимного обмена взаимодействий между различными колесиками и винтиками в системе отношений внутри замкнутого господствующего слоя, подлинная жизнь которого надежно скрыта от глаз общественного мнения. Что можно утверждать наверняка - это то, что чисто идейные или политические разногласия играют в происходящих событиях заведомо второстепенную или ничтожно малую роль.

В основе нового обострения "на верхах" лежит борьба за контроль над финансовыми и информационными ресурсами, а также столкновение по поводу степени политического влияния тех или иных сил на принятие решений федерального характера в преддверии выборов парламента и президента страны. Если к наиболее существенным событиям из упомянутого ряда можно отнести дело Центробанка и силовые маневры вокруг Б. Березовского, где отставка Генерального прокурора выступает лишь как необходимый сопутствующий элемент, то арест бывшего министра юстиции В. Ковалева и дело академика Аганбегяна можно рассматривать в этой ситуации в качестве побочных сюжетов. Власть должна приносить время от времени демонстративные жертвы на алтарь кампании по так называемой борьбе с коррупцией. Резкие сдвиги в соотношении клановых группировок облегчают выплескивание некоторых случаев на арену публичной политики и судебного разбирательства, - точно так же, как это в прошлом году случилось с руководством Центрального статистического управления.

Для того, чтобы составить более ясную картину тех пружин, которые движут настоящим кризисом, необходимо кратко охарактеризовать основной корень того кризиса, который охватывает все без исключения стороны общественной жизни в России. Этот кризис вытекает из невозможности мирного, постепенного и экономически эффективного интегрирования экономики бывшего Советского Союза в структуры мирового капиталистического рынка. Настоятельная потребность структурной увязки бывшей экономики СССР с мировым хозяйством может проводиться по двум путям: либо под руководством рабочего класса в мировое демократически и планомерно регулируемое хозяйство всей планеты; либо под руководством капиталистов таким образом, как это происходит сегодня. При слабости рабочего класса и его неспособности взять судьбу общества в свои руки процесс протекает по второму варианту при бесконтрольном хаосе разрушения и капиталистической погони за прибылью.

Экономическая отсталость в России и новый виток исторического кризиса капитализма, связанный с новейшими тенденциями глобализации, делают абсолютно невозможным - в намного более сильной степени, чем даже в начале века - экономическое возрождение и процветание России на капиталистической основе. Всякий дальнейший шаг по пути капиталистических реформ связан в России не с экономическим возрождением, ростом стабильности, благосостояния и демократии, но напротив, с углублением хозяйственного упадка, ростом нищеты, социального неравенства и всевозможных форм авторитарного подавления и полицейских репрессий.

Господствующий класс не в состоянии решить свои собственные проблемы по обеспечению эффективного управления страной. Он не может выработать ни устойчивых политических институтов, пользующихся доверием общества, ни определенную партийную структуру официального истеблишмента, ни, равным образом, выработать консенсус по вопросу о том, как и какими путями строить капитализм в России. Все последние годы, начиная с либерализации экономики в начале с 1992 года, были для российского правящего класса не столько временем позитивной созидательной работы (говорить о которой можно только с самой горькой усмешкой!), сколько периодом хаотического разрушения старых отношений и непрерывной череды внутренних столкновений и конфликтов, приобретавших время от времени характер открытого вооруженного столкновения. Другими словами, в России так и не произошло институциализации новых форм экономического и политического правления.

Опыт последних шести-семи лет показал, что капиталистическая Россия способна формировать только два типа правительства: либо это правительство "технократов", которое, являясь командой, сплоченной более-менее определенной целью, ведет последовательную и сознательную линию на максимальную интеграцию российской экономики в мировой рынок (такими были правительства Гайдара в 92-ом г. и Кириенко в 98-м); либо это правительство коалиционного характера, которое формируется по принципу лоббистского представительства от крупнейших финансово-промышленных и политических кланов и которое вырабатывает свою интегрирующую линию в политике в результате непрерывного торга между этими силами. Есть, правда, у русских капиталистов "в запасе" еще вариант создания режима авторитарно-полицейского или прямо фашистского типа, однако обсуждение этой перспективы не входит в рассмотрение настоящей статьи.

Важнейшим фактором российской политики является неотвратимая необходимость для любого правительства тесного сотрудничества с финансовыми институтами мирового капитализма в лице МВФ, Мирового банка и других и необходимость в той или иной степени руководствоваться указаниями с их стороны. Фон, на котором разворачивается вся эта политическая механика, - это все более напряженный и приобретающий все более массовые и сознательные формы стихийный протест самых широких слоев рабочего класса, отталкиваемых к грани и за грань физического выживания.

Опыт прошедших лет показывает, что правящему классу никак не удается обеспечить баланс сил. К настоящему моменту российский бюджет полностью развален. Правительству требуются деньги. Оно может их найти только на мировых финансовых рынках, прежде всего у МВФ. В обмен на деньги МВФ требует проведения политики в интересах международных корпораций. Но этого боится крупный капитал России, который до сих пор не смог встать на самостоятельные ноги и не выдержит такой конкуренции, если она пойдет "в лоб".

Правительство "технократов" по типу кабинета Кириенко является наиболее приемлемым для западных спонсоров России. Однако крупнейшие кланы российского капитала во главе с "олигархами" ведут отчаянную борьбу против подобного правительства. В свою очередь, правительство, составленное из лоббистов разных мастей, оказывается также неспособным решать общие проблемы выживаемости российского капитализма.

В итоге получается движение по одному кругу и непрерывная смена вариантов при все более ухудшающихся общих условиях.

Однако правительство не является в России единственным и основным инструментом власти. Главным элементом политической механики остается президент РФ. Постепенная концентрация власти в его руках и формирование авторитарного режима с псевдодемократическим фасадом были неизбежным следствием общих процессов капиталистических реформ в России. Все основные экономические решения, создавшие базу для концентрации крупных частных капиталов, были проведены именно указами президента и до сих пор не имеют иного законодательного базиса. При этом это были указы лично президента Ельцина, а не какого-то другого президента. В этом смысле Борис Ельцин представляет собой персонифицированное выражение той структуры господствующих социальных и политических отношений, которые сложились в России за последние годы.

Ослабление президентской власти, которое наблюдалось в последние месяцы, связано не с теми или иными недочетами в кадровых или политических решениях Ельцина и его окружения. Проблема состоит в том, что президентская ветвь власти не в состоянии более находить удовлетворительное общее решение для тех борющихся "вкруг трона" сил, которые требуют принятия решений в свою пользу. Недееспособность и болезнь президента выступают, таким образом, не только, а может быть, даже и не столько как личные свойства Бориса Ельцина, сколько как выражение тупикового положения российского капитализма вообще. Болезнь президента Ельцина - это аллегория невозможности капиталистического обновления России.

Уход Ельцина, будь то добровольная отставка или поражение на выборах, крайне невыгоден крупнейшим сложившимся кланам российского бизнеса. Новая фигура на месте президента не обязана будет соблюдать те личные закулисные договоренности и обязательства, которыми без всякого сомнения обременен действующий президент России. Поэтому, несмотря ни на какие проблемы, связанные со степенью эффективности работы самого президента и его аппарата, эти кланы вынуждены держаться за сложившуюся структуру власти и будут пытаться сохранить ее как можно дольше. Единственная цель их - в том, чтобы заставить президента в большей степени выполнять и обслуживать их интересы.

Ситуация с президентом Ельциным в настоящий момент очень напоминает то, что происходило в Советском Союзе в конце жизни Сталина или Брежнева. Оба генсека к концу жизни полностью теряли работоспособность и были не в состоянии контролировать текущий ход дел. Однако борющиеся бюрократические группировки боялись изменения положения, не желая дать преимущества своим конкурентам. В конечном итоге, когда "хозяин" все-таки уходил в мир иной, на первые роли неизменно выдвигалась компромиссная фигура, которая удовлетворяла всех и поначалу не угрожала ни одной группировке. Такова была причина выдвижения Никиты Хрущева и Михаила Горбачева.

Новый господствующий класс России предпочел бы сегодня решить вопрос о преемственности власти подобным же образом. Однако он ощущает себя в намного более уязвимом положении. В советское время тоталитарные рычаги власти позволяли верхушке КПСС выбирать нового генсека внутри своего узкого круга без всякой консультации и обсуждения этого вопроса широкими слоями общества. Они просто навязывали народу нового верховного правителя. Не то сегодня. В настоящий момент новый президент должен пройти очень дорогостоящую и в высшей степени рискованную процедуру легитимизации на всеобщих выборах. Отчасти по этой причине ведущие кланы не в состоянии найти консенсус о возможном преемнике.

Из сказанного становится понятной идея, которую открыто продвигает лидер фракции КПРФ в Думе Г. Зюганов. Он предлагает избирать президента не всенародным голосованием, а путем выбора парламентскими депутатами. По существу, он выражает этим пожелание значительных слоев российских господствующих элит и выступает как их преданный сторонник и политический представитель.

Есть еще одно обстоятельство, которое накладывает отпечаток на происходящие в России события. Оно связано с тем, что режим авторитарного правления не совместим с существованием крупных и влиятельных политических фигур, за исключением самого авторитарного диктатора. Так было, по существу, в Советском Союзе. Так это остается и в "новой России". Но если тоталитарный режим опять-таки позволял сравнительно легко обходить эту проблему, то во времена "демократии" свобода маневра резко сужена, что усиливает раскол и центробежные тенденции внутри господствующего класса.

За последние годы мы могли видеть в российской политике попытки "раскручивания" альтернативных Ельцину политических фигур, которые могли бы сконцентрировать вокруг себя мощные аппаратные и финансовые ресурсы. Всякий раз, когда такая тенденция набирала силу, немедленно организовывалась контркампания по дискредитации или ослаблению этого претендента. Это, например, было одной из главных причин отставки премьера В. Черномырдина в марте прошлого года. Сейчас эта ситуация возобновляется вновь, поскольку новый премьер В. Примаков неизбежно усиливает свое влияние на фоне перманентного кризиса президентской ветви власти.

Прошедший 1998 год принес в официальную российскую политику очень серьезные изменения. Во-первых, практически полностью от важнейших рычагов власти были оттеснены "молодые реформаторы", пережившие на короткий период времени бурное возрождение в лице правительства С. Кириенко. Даже убийство Галины Старовойтовой в конце ноября, которое поставило этой слой в центр общественного внимания, не позволило ему вернуть себе хотя бы часть утраченных позиций. Во-вторых, с политической арены оказался полностью вытесненным бывший всемогущий премьер Черномырдин вместе со своей политической структурой "Наш дом - Россия". Наконец, последним крупнейшим изменением было вхождение в правительство представителей зюгановской КПРФ, которые выступили не просто в качестве необходимой опоры, но прямо-таки как спасители пошатнувшегося режима капиталистических реформ.

Все эти перемены, однако, не смогли ни в малейшей степени разрешить политический кризис внутри господствующего класса, режим которого держится уже в значительной степени благодаря одной силе инерции. Они не смогли также обеспечить условия для некоей спасительной для русского капитализма экономической программы действий. Все старые противоречия между президентом, правительством, Думой и олигархами, а также между всеми структурами российской власти и их западными спонсорами, обострились в еще большей степени. Коалиционное правительство Примакова с опорой на зюгановское большинство Думы и включением в него ключевых фигур КПРФ уже исчерпало свой ресурс. Замена его новым изданием правительства Кириенко не имеет никаких выгодных сторон, кроме возможного одобрения со стороны МВФ.

Загнанный в тупик российский правящий истеблишмент вынужден вести борьбу за зоологическое выживание в своей собственной среде, пытаясь при этом ценой сдачи некоторых известных, но сравнительно менее влиятельных фигур как-то сгладить крайне негативное отношение массовых слоев общества к тому, что происходит в экономике и политике страны. Новейшие залпы аппаратно-силовой борьбы, которые вылились в нападках на империю Березовского и бывшее руководство Центробанка, в отставке Генерального прокурора, в аресте бывшего министра юстиции Ковалева и коррупционном деле академика Аганбегяна являются лишь внешними проявлениями этого кризиса, который может быть разрешен только методами самой смелой и решительной социальной хирургии.

К началу страницы

МСВС ждет Ваших комментариев:



© Copyright 1999-2017,
World Socialist Web Site